Не стоит забывать, что к процессу придумывания названия был подключен и Вячеслав Иванов. Напомним, что еще в августе 1918 года Алянский просил его предложить «название для этого дневника-журнальчика». Очевидно, что тогда Алянский не получил ответа — иначе зачем бы он стал просить в декабре Белого о том же? Но не исключено, что долгожданное предложение назвать журнал «Записками мечтателей» пришло позже, когда Белый уже написал вступительную статью…

В пользу Иванова свидетельствует письмо Иванова-Разумника Белому от 23 августа 1919 года. В нем Иванов-Разумник пишет, что у журнала издательства «Алконост» «название, достойное элегантности Вяч. Иванова» (Белый — Иванов-Разумник. С. 175). Примечательно, что Белый в ответном письме не опроверг его. К сожалению, Иванов-Разумник в письме Белому ошибочно назвал журнал «Дневниками мечтателей» и потому не прояснил ситуацию до конца: может быть, Иванов только заменил «писателей» на «мечтателей», но, может, и предложил все название целиком, а Иванов-Разумник в сменяющихся названиях запутался.

Белый, как кажется, внес максимальный вклад в разработку и утверждение первого названия журнала — «Дневники писателей», а с новым названием, на первый взгляд, кротко смирился, хотя оно и разрушало выстроенную им же структуру номера. Впрочем, есть некоторые соображения, допускающие причастность Белого и к новому названию.

Во-первых, все-таки именно Белый написал передовицу, разъясняющую смысл нового названия журнала. Значит, оно было ему близко.

Во-вторых, образ мечтателя — из арсенала Белого-«аргонавта». «Мечтателем» в «Симфонии (2‐й, драматической)» именует Белый романтического героя, вечно влюбленного в Сказку. Более того, «вдохновенным мечтателем» называет Белый главного героя рассказа «Аргонавты»: «Мечтатель, стоя над морем, говорил: „Броня моего Арго будет соткана из этих молний. Мой Арго — золотая стрела, пущенная с земли к Солнцу. Довольно солнечности разгуливать по гостям. Теперь принимай ты, Солнце, само дорогих гостей… Мой Арго вонзится в мировое пространство и, вонзясь, погаснет, как искра, для взора земных существ“»[639].

И наконец, идея устремленности к будущему, которой, как следует из мемуаров Алянского, был мотивирован выбор нового названия для журнала, в наибольшей степени соответствовала именно настроениям Белого. Напомним, что в марте 1919 года в юбилейном альбоме Алянского он оставил уже цитировавшуюся ранее экзальтированную запись про устремленность в будущее:

<…> В настоящее время должны понести мы все лучшее погибающей Трои в иные эпохи; и — передать дар наш грядущим: соединенье даров прошлой эры, плодов ее, с зацветающим садом грядущего есть подлинно действие посвящения. <…> эти приветствия — не приветствия юбиляру, совершившему плаванье; эти приветствия — в «добрый путь!»… И — вперед! Впереди лежат годы.