Но самое главное – надо было что-то сделать с квартирами. В наличии были три квартиры: собственно профессора, дочки и мамы Игоря. Продать квартиры было невозможно. Справку о выезде давали в жилищном управлении после сдачи квартиры. Лазейку «отъезжай – ты» находили в обмене этих квартир на худшие, меньшие и в плохих районах, поскольку в правилах не было оговорено, какую квартиру ты сдаешь. При таких манипуляциях можно было получить какие-то деньги как компенсацию за лучшее качество жилья. Причем это нужно было делать до подачи документов на выезд, иначе бы эти нехитрые манипуляции были бы явственно видны и невозможны. Дочкину квартиру обменяли раньше, на квартиру в Свердловске, где жил племянник, а затем племянник обменял ее на комнату в Челябинске, которую и сдали. Квартиру мамы Игоря пришлось бросить. А их квартиру Игорь обменял на четырехкомнатную квартиру в Тракторозаводском районе под предлогом того, что ему далеко ездить на работу и что он хочет квартиру в новом доме. На вырученные от обмена квартиры и от продажи имущества деньги он купил втридорога свою «Ауди» и всю электротехнику. Кроме того, «отъезжантам» полагался специальный «прикид» для Израиля, который тоже покупался в комиссионках за огромные деньги: турецкая или немецкая кожаная куртка или пальто и мохеровый шарф. По этим предметам по прибытии в Израиль еще много лет можно было опознать изруса как женского, так и мужского пола. Всё это требовало много времени и сил.

С тех пор как Игорь приехал на работу на праворульном «Ниссане», всем стало ясно, что он уезжает и начался финишный отрезок его пребывания на работе и в СССР вообще. Времена были новые – никто «отъезжантов» не увольнял, не преследовал, не корил и не агитировал. Только майор в военкомате ему сказал с укоризною:

– А мы ведь совсем недавно присвоили вам майора!

Летом 1991 года Игорь отвез Дану со своей мамой в Москву и вручил их своему приятелю – математику Володе Шаинскому, который с женой и приемным сыном уезжал в Израиль. Он посадил всю компанию на Белорусском вокзале в поезд до Будапешта и распрощался с ними почти на два месяца. Доехали они благополучно.

Глава 8 Обыкновенный мудизм

Глава 8

Обыкновенный мудизм

В Израиле профессору стало окончательно очевидно, что наряду с тремя известными наиболее значимыми политическими течениями, такими как коммунизм, сионизм и фашизм, в природе существует четвертое течение, называемое мудизм, и Израиль находится среди явных лидеров по культивированию этого замечательного движения. Во избежание кривотолков, скажем прямо, что адепты этого движения в просторечии называются мудаками. Само слово «мудак» уникально. Оно не имеет в русском языке синонимов, более того, объяснить его смысл при помощи других слов («дурак», «ублюдок», «идиот») весьма затруднительно. В иностранных языках оно просто отсутствует, и для его объяснения какому-нибудь иностранцу приходится давать обширное толкование. Конечно, в многословном английском языке (около миллиона слов) есть некие эквиваленты, такие как Knobhead, asshole или dick, но эти слова все-таки ближе к болвану. Долгое время шла тихая дискуссия, является ли это слово цензурным, пока, наконец, в 2017 году глава Роскомнадзора не подписал письмо о том, что слово «мудак» и его производные, хотя и являются бранными, не подпадают под категорию нецензурных и их использование в СМИ не приведет к наказанию в соответствии с российским законом о борьбе с нецензурной лексикой. Так что теперь, слава Богу, можно называть на русском языке вещи своими именами. Однако при попытке придумать для этого слова определение, обобщающее слово «мудак» и соответствующее общественное явление, возникли некоторые трудности. Напрашивающиеся термины, такие как мудачество или мудаковатость, выглядели не очень благозвучными. Ко двору пришлось слово «мудизм», а адепты мудизма стали называться мудистами, а не мудаками. А это уже совсем другое дело, это уже почти как «коммунизм – коммунист» или «сионизм – сионист». Вполне изящно. Профессор взял за правило использовать эту новую терминологию, хотя в ряде случаев ему приходилось несколько напрягаться, чтоб не сбиться на старую.