Анненков и Денисов приговорены к высшей мере наказания. 24 августа 1927 г. приговор был приведен в исполнение. Но надо отдать должное – умер атаман как профессиональный военный. Перед смертью он передал следователю Владимирову записку: «Прежде всего, позвольте поблагодарить Вас за человеческое отношение, которое Вы проявили ко мне в Москве… Я должен уйти из жизни и уйду с сознанием того, что я получил по заслугам.
Уважающий Вас Б. Анненков.
13 августа 1927 г., Семипалатинск»[844].
Многие исследователи считают ОГПУ причастным и к преждевременной кончине адмирала Врангеля, пытавшегося создать свой центр для ведения подпольной деятельности против СССР. В июле 1927 г. по его указанию генерал П. Шатилов составил записку с изложением основных задач нелегальной работы в Советской России, целью которой являлось свержение Советской власти. Но адмирал внезапно заболел в начале марта 1928 г. после того, как его денщик обратился с просьбой приютить в доме на несколько дней своего брата, тоже бывшего солдата, приехавшего к нему в гости. Врангель дал согласие, но после отъезда гостя и исчезновения денщика 18 марта неожиданного заболел, а 25 апреля умер. При вскрытии в его организме было обнаружено большое количество туберкулезных палочек явно внешнего происхождения. Были все основания считать, что в еду ему подбросили туберкулин[845].
Каждой попытке покушения и покушению на руководителей Советской России и большевистской партии, видных военных власти старались придать политический характер, даже если это происходило на бытовой почве. Так было с убийством Г.И. Котовского.
В начале августа 1925 г. из Одессы на имя Ягоды поступила телеграмма: «После вечеринки произошла ссора семейного характера, в результате убийство. Заковский». 6 августа он направил еще одну телеграмму, но уже не только в Москву, а и в Харьков на имя Карлсона: «Сегодня на рассвете селе Чебанке… Во время ссоры Котовского своим адъютантом Майоровым (на самом деле Меером Зайдером. –
На следующий день Ягода просит Заковского срочно сообщить подробности и причины убийства Котовского. Из всей переписки примечательна просьба политического совещания 2-го армейского корпуса на имя М.В. Фрунзе от 10 августа 1925 г.: «…передать Фрунзе, ЦК, независимо установления причины убийства Котовского политсовещание второго корпуса считает необходимым освещение прессе политической подоплеки, например, подкуп сигуранцией убийцы Майора, чтобы усилить подъем корпуса, также массы АМССР Бессарабии. Убийца Майор во всех отношениях ценности не представляет, что усиливает целесообразность его ликвидации как предателя. Просим дело убийцы передать начальнику Одесского ГО ОГПУ Заковскому для выполнения полностью этого важного политического задания. Председатель Репин, отправил Заковский»[846].