Затем участники разошлись и разъехались заседать в своем кругу. Опять-таки нет смысла пересказывать представленные доклады. Они опубликованы в сборнике, изданном в Москве в 2003 году под названием «Российско-польские научные связи».

Запомнились, прежде всего, комические эпизоды. Мой отец как-то рассказывал, что в городке, где он жил, ничего необычного не происходило. Поэтому в издаваемой там газете завели рубрику: «Почти несчастный случай». Подобное произошло и во время Дней польской науки. Два молодых любителя истории решили ночью побывать на Красной площади, хуже того, зайти за ограждение мавзолея Ленина (как известно, Сталина ночью вынесли из него еще при Хрущеве). Их обоих поймали охранники, проверили документы и чуть не засадили за хулиганство. К счастью, с этим «почти скандалом» как-то разобрались, и я узнала о нем уже постфактум.

Заседания нашей секции, как всегда, проходили довольно ровно: одни доклады были более интересными, другие – менее. Но один из «наших» профессоров должен был рассказать о ходе обсуждений смешанной комиссии, созданной, вероятно, при Горбачеве или, возможно, при Ельцине, для разъяснения вопросов пакта Молотова-Риббентропа и Катыни. С польской стороны в состав входили Чеслав Мадайчик и Ярема Мачишевский. С российской стороны ее представляли, в частности, Олег Ржешевский, историк-специалист по Второй мировой войне, а также присутствовавшая на заседании Инесса Яжборовская. Наш докладчик профессор Танты, как говорится, путался в показаниях: якобы участвовал в обсуждениях комитета, но не до конца, участвовал, но не всегда, и так далее. Он долго растекался мыслью по древу, на самом деле он не столько говорил, сколько уклонялся от прямого ответа в крайне комичной манере, постоянно говоря о секретности сведений и о том, что он не имеет права распространяться о многих вещах, хотя и хотел бы. Очень уж он был похож на приват-доцента Никудыкина-Нитудыкина, «который весьма образно объяснил то, о чем он не будет говорить в своем докладе, и умолк – за недостатком времени» на торжественном вечере памяти незабвенного Козьмы Пруткова. Польские участники конференции смеялись до слез, особенно когда товарищ Яжборовская поблагодарила оратора за его активное участие в смешанной комиссии. Характерно, что он не опубликовал свою статью в вышеупомянутом сборнике.

Далее же нас ждали исключительно приятные вещи: чудесный прием в зале с фонтаном в новом здании Российской академии наук и вручение почетных дипломов – они вручались профессору Станиславу Былине и мне (ранее среди польских гуманитариев профессор Януш Тазбир был удостоен такого диплома). В глаза бросалось богатство прекрасных блюд – холодных и горячих, а также всевозможных прохладительных и хмельных напитков. Было много людей и места для них было предостаточно; в этой неформальной обстановке обсуждения продолжились в малых группах, мы оказались рядом с академиком Сигурдом Шмидтом, прекрасным ученым и человеком, пользующимся большим уважением. Он говорил о важности краеведения в переломную эпоху. Подобным образом, как он утверждал, это происходило сразу после революции, и повторяется сейчас: наука перемещается в провинцию и там расцветает в форме краеведения; он посоветовал нам искать сотрудников для работы с польскими ссыльными за пределами столиц, что мы, собственно, успешно делали на протяжении многих лет. Мы также получили от него в дар несколько интересных брошюр на эту тему и пожалели, что он встретился нам на пути так поздно.