В Москве нас ждал еще прощальный прием в польском посольстве. Гостей встречал посол в костюме и галстуке, потом, как всегда, подали разные блюда, а затем мы сели за столики с чаем и кофе. Стефан Меллер подходил и беседовал со всеми. Он также присоединился и к нам. Я рассказала ему о готовящейся книге о моем Отце. Он обрадовался и рассказал при каких обстоятельствах познакомился с ним. Я попросила его записать свои воспоминания и выслать мне по электронной почте. Потом его назначили министром иностранных дел, и я и не надеялась, что он найдет время для такого заурядного дела. Но нет – ничего подобного. Он прислал, и я смогла включить в книгу о моем Отце его воспоминания о встрече с ним в трудные для Стефана Меллера времена. Его смерть после долгой болезни, с которой он боролся по-мужски, наполнила нас глубокой печалью и неизбежным размышлением о том, что самые замечательные, самые лучшие и самые нужные политики уходят от нас слишком рано, а негодяи остаются, чтобы отравлять личную и общественную жизнь.
Это касается и наших русских друзей. Наше поколение уходит, но мы часто прощаемся с теми, кто намного моложе нас. Однако отрадно, что благодаря нашим путешествиям по Сибири и Северу России мы нашли многих единомышленников и у нас появились новые друзья. Поэтому ничто не может, несмотря на разные проблемы, умалить в нас испытываемые чувства и повторить еще раз «Россия – наша любовь».
О том, что было нами позабыто без всякой задней мысли…
О том, что было нами позабыто без всякой задней мысли…
Уже после написания книги, работая над ее редакцией вместе с Аней Хыцковской, отличающейся чрезвычайной скрупулезностью и чувствительной к любым языковым и грамматическим ошибкам, мы осознали, о скольком не написано, о скольких близких нам людях не упомянуто. Итак, мы не рассказали, что:
• на конференции в Оломоуце была также Эльвира Олонова, русская, постоянно живущая в Праге, русист, с которой мы переписываемся по сей день; и мы несколько раз навещали друг друга как в Праге, так и в Варшаве, где она гостила со своей дочерью Аленой на улице Новы Свят…
• Богдан Гальстер, упомянутый в связи с мартовскими событиями 1968 года, был вместе со своей женой Иреной, русисткой, среди наших самых близких друзей, поэтому мы не упустили случая, чтобы познакомить Богдана и с Оксманом, и с Белинковым. И сколько же времени мы провели за приятными беседами, и сколько раз ездили вместе в отпуск с виднеющимся на фотографии Тадеушем Колаковским, русистом и эрудитом. Оба преждевременно покинули нас: Тадеуш в 1990 году, Богдан в 1994 году…