Можно сказать, что только суворовская метода, близкая своим новаторством тактике французских революционных войск, позволяла союзникам с блеском решать труднейшие задачи. Даже скованный по рукам и ногам венскими «унтеркунфтами» и «нихтбештимтзагерами», русский фельдмаршал на деле доказывал истинность своей науки побеждать. Приходилось учитывать и то, что североитальянский военный театр был лишь частью огромного фронта, рассекшего Европу от Амстердама, столицы республики Батавской, до Неаполя, главного города республики Парфенопейской. Перемены на смежных театрах войны тотчас же влекли за собою изменения и в положении соседей.

Одной из причин нового решения Суворова были события в Швейцарии. 2 мая французский генерал Лекурб внезапно атаковал австрийский корпус принца Рогана и, оттеснив, нанес ему сильный урон. Не зная подробностей неудачи, русский фельдмаршал стал опасаться за правый фланг и тыл Итальянской армии, которую прикрывал Роган. Его тревожили слухи о намерении крупных сил неприятеля вторгнуться с Рейна через Швейцарию в Северную Италию. Таким образом, теперь уже возникала необходимость воспрепятствовать соединению Моро не с застрявшей на юге армией Макдональда, но с войсками, ожидаемыми из Швейцарии.

Подкрепив Рогана частью корпуса Еогенцоллерна, Суворов порешил двинуться на соединение со своим правым флангом, в то же время угрожая столице Пьемонта и выманивая Моро с его крепкой позиции.

Вообразив, что союзная армия направляется в Среднюю Италию против Макдональда, Моро в самом деле покинул свою позицию, дав приказание идти к Тортоне.

Он ожидал встретить тут лишь наблюдательный отряд и утром 5 мая переправил через реку Бормиду дивизию Виктора. Тем самым французский главнокомандующий хотел открыть себе путь на Геную. Находившийся на другой стороне Бормиды, против Александрии, авангард Карачая стал отходить, теснимый превосходящими силами. В главный лагерь австрийцев прискакал ординарец и поднял тревогу.

Меласа не нашли, русский фельдмаршал, к которому послали за приказаниями, находился далеко, и тогда генерал Лузиньян решился с дивизией Фрёлиха идти навстречу французам. В это время от Нови в соответствии с диспозицией проходил отряд Багратиона. Русские тотчас пристроились к австрийцам с флангов, и союзники стройно двинулись вперед с барабанным боем.

Заметив движение левой неприятельской колонны, Багратион атаковал ее со своим полком и казаками Молчанова и Грекова. Донцы отважно бросились на французских гусар, прижали часть пехоты к реке и почти всю истребили. Подоспел к левому крылу союзников генерал Кейм. Моро понял, что просчитался и что перед ним главные силы Суворова. Французы попятились и начали переходить по единственному мосту через Бормиду под огнем артиллерии. Они отделались лишь потерей пятисот человек, хотя представлялась возможность раздавить всю республиканскую армию.