Большие споры возбудила предложенная по инициативе посланников статья о торговле между обоими государствами, о которой договориться было им предписано наказом. В наказ эта статья вошла из докладных вопросных пунктов Украинцева, который писал: «Буде учнут говорить, что торговля была турком вольная Днепром, и Доном, и сухим путем в те городы, которые у них завоеваны (т. е. от них отошли к России: Казыкермень с городками и Азов), а русским людем приезжать бы в Царьград морем на кораблях и в Крым, и в Очаков, и в Белгород, и в Килию?» Украинцев, таким образом, предусматривал в возбуждении этого вопроса инициативу турок. Помета, положенная Ф. А. Головиным на этот вопрос и гласившая: «О торговле на всее воле с платежом пошлин во все места, куды кому случай», давала полную возможность торговать, где кому угодно, только с платежом установленных пошлин[1019]. В наказе вопрос Украинцева получил обработку, также предусматривающую инициативу со стороны турок: «Если везирь же и ближние люди учнут говорить, чтоб торговля была туркам и татаром вольная и сухим и водяным путем во все городы во владения его царского величества, а русским людем во владения его салтанова величества…» В ответ на этот вопрос наказ предписывал посланнику, развивая резолюцию Головина, говорить: «Буде мир учинится, и той вольной на обе стороны торговле великий государь его царское величество быть поволил со всякими товары и платежом во обоих сторонах звычайных на указных местех пошлин без всякой обиды, и тем торговым людем с товарами своими вольно будет ездить в те городы и места, в которые кому будет способнее, свободно сухим и водяным путем и в договор о том написать по сей статье». К этому тексту, где предполагалось, что разговор начнут турки, Головин сделал дополнение, предусматривающее тот случай, если турки сами вопроса о торговле не поднимут: «А буде при постановлении мира от турков о торговле умолчано будет, и посланнику самому говорить, и всчать, и постановить по сей вышеписанной статье»[1020].

Турки действительно на конференциях вопроса о торговле не поднимали, и поднять его должны были сами посланники. В представленном ими на III конференции проекте мирного договора статья о торговле (8-я) сформулирована была так: «На обе стороны купцам со всякими товары сухим путем возами, вьюками, а морем на кораблях и иных судах до государств обоих великих государей до порубежных и до царствующих градов и до Крыму вольно и безопасно ездить, и ходить, и торговать, и в пристанища для воды, и хлеба, и иных живностей приставать без осматривания товаров их и без всякого убытку и отягчения и доброю верою мирную и непрепинательную торговлю иметь. А пошлина обоих государств торговым людем платить по древнему извычаю обоих государств там, где они товары свои продавать будут»[1021]. На сухопутную торговлю и на плавание русских кораблей из Архангельска в Средиземное море к турецким берегам турки вполне соглашались, но о Черном море не хотели и слышать, и на предыдущих конференциях, XVII и XXI, слова посланников о царском морском караване и о плавании этого каравана с торговыми целями по Черному морю[1022] встретили с величайшим раздражением и в допуске русских кораблей решительно отказали.