Светлый фон

Два дня я слушал диспут на тему хасидизма. Много шума из ничего. Вопрос: была ли мессианская напряженность в хасидизме, как считает Тишби, или ее не было. Как говорит Гершом Шалом, все эти вещи важны только в связи с общим определенным пониманием истории, но об этой связи говорили мало. Я же придерживаюсь мнения Гершома Шалома. Тишби обвинил его в том, что тот написал: общее не было мессианской верой или надеждой в хасидизме. Никогда я так не понимал Шалома, но так понимали другие. Особенно, его ученики, оспаривающие его, чтобы создать впечатление самостоятельности своего мышления, открывающего неизвестное их учителю. Однако опровергающие их вещи написаны в его английской книге «Главные течения в иудейской мистике». Но Гершом Шалом, написал более суровые вещи о хасидизме в своей статье. Она была направлена против идей Мартина Бубера. Об этом, вообще, не упоминали. В любом случае, Гершом Шалом был доволен, и сказал мне, что диспут был интересным и полным интеллектуальной напряженности.

Два дня я слушал диспут на тему хасидизма. Много шума из ничего. Вопрос: была ли мессианская напряженность в хасидизме, как считает Тишби, или ее не было. Как говорит Гершом Шалом, все эти вещи важны только в связи с общим определенным пониманием истории, но об этой связи говорили мало. Я же придерживаюсь мнения Гершома Шалома. Тишби обвинил его в том, что тот написал: общее не было мессианской верой или надеждой в хасидизме. Никогда я так не понимал Шалома, но так понимали другие. Особенно, его ученики, оспаривающие его, чтобы создать впечатление самостоятельности своего мышления, открывающего неизвестное их учителю. Однако опровергающие их вещи написаны в его английской книге «Главные течения в иудейской мистике». Но Гершом Шалом, написал более суровые вещи о хасидизме в своей статье. Она была направлена против идей Мартина Бубера. Об этом, вообще, не упоминали. В любом случае, Гершом Шалом был доволен, и сказал мне, что диспут был интересным и полным интеллектуальной напряженности.

Но Шалом буквально вышел из себя, когда выступал Малер. Это было глупое выступление в стиле вульгарного марксизма, бездарная попытка извлечь на свет конфликт двух династий хасидов в некий весьма краткий период. Он пытался зациклиться на социальной разнице двух совсем незначительных течений хасидизма, стараясь создать надуманную объективность проблемы. Когда я спросил об этом Шалома, он ужасно рассердился. И тут же вокруг нас образовался круг слушателей.

Но Шалом буквально вышел из себя, когда выступал Малер. Это было глупое выступление в стиле вульгарного марксизма, бездарная попытка извлечь на свет конфликт двух династий хасидов в некий весьма краткий период. Он пытался зациклиться на социальной разнице двух совсем незначительных течений хасидизма, стараясь создать надуманную объективность проблемы. Когда я спросил об этом Шалома, он ужасно рассердился. И тут же вокруг нас образовался круг слушателей.