Она сидит у своего дома, и взгляд ее блуждает по дальним пространствам. Улыбка Израиля, когда он лежал на смертном одре, преследует ее. Как это характерно для него – так расставаться с нею. Он улыбался ей, словно еще раз хотел ее отблагодарить за счастье, принесенное ею ему, затем откинулся и закрыл глаза. Она просит свою душу – умереть. Лежать с ним в обнимку.

Она ходит, как в бреду. На нее смотрят с жалостью, а некоторые – с укоризной: траур слишком растянулся во времени. Посетившая ее старшая сестра Лотшин тут же уезжает, напуганная ее состоянием.

Наоми сидит, онемев. Кладбище кибуца стало обиталищем ее жизни. Она хочет лежать возле своего Израиля.

Нет у нее ни матери, ни отца, ни любимого мужа. Только смерть принадлежит ее жизни. Ее друг, глава правительства Леви Эшколь ушел из жизни за месяц до кончины Израиля. Вдовы встречаются и поддерживают дух друг друга. Мириам Эшколь приглашает ее к себе в старый дом, в Рехавии. Полная невысокая женщина, с аккуратно зачесанными назад волосами, с лицом, излучающим теплоту. Резкое изменение статуса мешает ей привыкнуть к жизни обычной гражданки. Она хранит в памяти присутствие на важнейшей исторической встрече с президентом США Линдоном Джонсоном. Государство не жалело денег налогоплательщика, чтобы придать необходимый лоск жене главы правительства. Были куплены модные платья…

И вот Леви Эшколь ушел с политической арены. И в течение одной ночи, она, женщина, умеющая отстаивать свои права, почувствовала, что потеряла все. Кто-то осмелился предложить, чтобы она вернулась заведовать библиотекой Кнессета, где и познакомилась с государственным деятелем, который стал премьер-министром и ее мужем.

«Я была женой главы правительства! И хотят, чтобы я опять стала служащей!»

Мириам нашла поддержку со стороны Игаля Алона, который несколько месяцев исполнял должность главы правительства и министра финансов. По указанию Алона государство помогло ей приобрести просторную квартиру и выделило двух телохранителей.

«Нет, я не могу сейчас принять гостя», – говорила эта простая женщина тоном госпожи.

Это случилось в жаркий день. Что-то необычное происходило вокруг. Мириам не была прежней Мириам.

Странная женщина, казалось, заполнила всю гостиную. На голову высокой женщины была одета большая круглая широкополая шляпа коричневого цвета, похожая на колесо телеги. Эта уродливая шляпа ложилась тенью на половину ее лица, придавая ему таинственность. Наоми осмотрела ее от искусственных цветов, украшающих шляпу, до длинного платья, скрывающего ее полноту. Гостья сидела возле стола, так и не сняв шляпу.