Она побледнела, черные глаза смотрят в пустоту. Дрожащие ноги с трудом несут ее в столовую кибуца. Она падает лицом в песок. Одежда вся в пыли. Кто-то, оказавшийся рядом, поддерживая ее, довел до дома.

«Не теряй силы жизни, Наоми, выходи к людям», – приказывает ей Израиль. Она вошла в столовую, и тут же убежала.

«Сумасшедшая», – шепчутся за ее спиной. Соня Коэн, сообщает компании, жадной до сплетен, что своими глазами видела Наоми, лежащей на скамье около могилы Израиля.

Соня – жена Элиэзера, друга Израиля подкараулила ее у входа в на кладбище: «Наоми, как ты себя ведешь? Почему ты сторонишься людей? Примирись с тем, что Израиля нет! Он умер. Возвращайся к нам!», упрямо повторяет, она. Снова, зажав крик, готовый вырваться из груди, она с трудом добралась домой. Тяжело дыша, упала на диван. Она будет охранять своего Израиля. Комиссия кибуца по здравоохранению сообщает ей, что вызвала к ней психиатра.

Столяр принес ей обед из столовой. «Наоми, слышала, убили Ханусена». Поднос выпал из ее рук. Она бросилась в столовую с этим сообщением. С тех пор главный противник ее Израиля, Стина встречает ее насмешкой: «Наоми, знаешь, Ханусена убили».

«Израиль, я беззащитна!» – распростерлась она на его могиле. Вернулась домой, нашла в кармане одежды записку: «Ночью приду. В полночь я у тебя. Жена уснет, и я приду». С наступлением сумерек подобные записки выползают из-под двери. Из стола и стульев она сооружает баррикаду. Грубые кулаки колотят снаружи по двери. Ночь кошмаров. Девушка Михаль, молодой член кибуца, спит у нее.

Наоми удивляется: где Халед, друг их семьи? Долгое время она с ним пасла стада на горе Гильбоа, и считала, что он настоящий друг. Халед работает комбайнером на полях кибуца, и убегает, как от огня, от молодой вдовы. Он появился с кувшинами, сказал, что их следует украсить цветами, поставить на могиле Израиля, и исчез.

Ощущая себя в абсолютной пустоте, она поехала в Иерусалим – искать поддержки среди добрых друзей. Они с дочерью остановились у одного из высокопоставленных товарищей мужа. А ночью он забрался в комнату, где она лежала в постели со спящей дочерью, и, пытаясь нащупать ее грудь. Она отбросила его руку и сказала, что закричит во весь голос и разбудит его жену. С тех пор «уважаемый» друг перестал ей звонить и справляться о ее здоровье.

Она продолжает беспрестанно приходить на кладбище и рассказывать Израилю, что происходит в ее жизни. Шалхевет прислал письмо с соболезнованиями из-за границы. В ближайшие дни он возвращается. Он пишет, что она обязана оставить кибуц!