Аркадий Иосифович Ваксберг Загадка и магия Лили Брик

Аркадий Иосифович Ваксберг

Загадка и магия Лили Брик

Бенгту Янгфельдту

и Василию Васильевичу Катаняну

ОТ АВТОРА

ОТ АВТОРА

Вышедшей пять лет назад книги «Лиля Брик. Жизнь и судьба» в продаже больше нет — вся разошлась, несмотря на неоднократные допечатки тиража. А спрос на нее не уменьшился. И это само по себе достаточное основание для переиздания. Однако есть для него и другие причины, более важные. Лишь поэтому я позволяю себе предварить исправленную и значительно расширенную новую версию старой книги этим небольшим пояснением.

Первое издание книги вызвало большую полемику, особенно на читательских обсуждениях и в письмах, которые я получил. Стержнем всех дискуссий был один вопрос: так какая же она, Лиля Брик, — «положительная» или «отрицательная»? Кто она: ангел и светоч или ведьма и монстр? От меня требовали категорического и однозначно четкого ответа — никто не хотел принимать тот, который я только и мог дать: не знаю. И даже еще того резче: знать не хочу!

У тех, кто, хотя бы и мимолетно, виделся с Лилей Брик или что-то про нее слышал, обычно уже имеется готовое о ней мнение, так что в рассказе о ее жизни они, по вполне понятному психологическому закону, ищут ему подтверждение. И, коли речь идет о моей книге, ничего такого там не находят! Ни те, которые «за», ни те, которые «против». Это, понятное дело, их огорчает (раздражает — так будет точнее), и свою реакцию они выражают порой достаточно бурно.

Не скрою, пока я эту книгу писал, Лиля Брик представала передо мной в разных своих ипостасях: на многих страницах меня восхищала, на других удивляла, огорчала, смущала и возмущала. Человек соткан из противоречий, тем более если он не посредственность, а личность. К тому же он и не статуя — «на века», а живой организм, который постоянно изменяется под влиянием времени и того, что происходит в мире, в стране, в его окружении и в нем самом. Люди плоские, одномерные, застывшие в своей раз и навсегда состоявшейся данности, вообще не могут представлять интереса для литератора. Иначе говоря, такие персонажи изначально не «предмет» литературы. Возвеличивать или растаптывать своих героев, вешать на них ярлыки («хороший», «плохой») — разве это может быть задачей писателя?

Лиля Брик всю жизнь была человеком «на виду», по-разному, но всегда активно принимала участие в общественной жизни, широкая известность пришла к ней уже в молодости, и даже в самые глухие годы она не оказывалась забытой. Да ей и не дали бы «забыться» — ни друзья, ни тем более враги. С каким угодно знаком, при каком угодно отношении к ней она принадлежит не семье, а истории. Уже по одному этому «приватизировать» ее невозможно, никакой монополии на ее биографию быть не может. Говорю об этом для того, чтобы отвести упреки одного из тех, кому посвящается эта книга, — Василия Васильевича Катаняна, который разгневался на меня за то, что я его «опередил», выпустив свою книгу до того, как выпустил он свою.