В этот перерыв, по приглашению государя, в салон пришел генерал Воейков и предложил депутатам несколько вопросов о петроградских событиях, о разгроме квартиры министра двора. Появился в салоне и генерал Данилов, вступивший в разговоры с депутатами.

Перерыв продолжался часа полтора. Выходили покурить в столовую, куда вела дверь, около которой стоял Гомзин.

Во время перерыва государь император, твердо приняв обдуманное решение, лично составил черновик акта отречения в пользу великого князя Михаила Александровича, использовав отчасти и проект, присланный из Ставки, и вызвал генерала Нарышкина, приказав переписать его на машинке, что и было выполнено в купе Военно-походной канцелярии. Подписав акт карандашом, государь отправился в салон. Все поднялись. Полная тишина. Его величество, обратившись к депутатам, подал Гучкову два листка бумаги, сказав: «Вот акт отречения, прочтите».

Гучков стал читать вслух. То был красивый, благородный манифест отречения от престола в пользу великого князя Михаила Александровича. Внизу стояла подпись — «НИКОЛАЙ».

Гучков не возражал. Шульгин просил вставить, что новый император должен принести на верность Конституции «всенародную присягу». Государь сел за столик и вставил карандашом: «принести ненарушимую присягу».

Шульгин просил еще — нельзя ли указать время отречения тем самым часом, когда государь уже принял первоначальное решение об отречении. Государь отметил на акте: 2 марта, 15 часов. Гучков доложил, что манифест он повезет в Петроград, и так как в дороге возможны всякие случайности, то было бы желательно изготовить два подлинных акта и передать второй экземпляр на хранение генералу Рузскому. Государь нашел это целесообразным. Затем депутаты доложили государю о желательности назначения именем государя председателем Совета министров князя Львова и Верховным главнокомандующим великого князя Николая Николаевича.

Государь охотно согласился и на это и лично написал два указа Сенату, пометив их 2 часами дня 2 марта. Государь вручил акт и указы генералу Нарышкину и повелел переписать немедленно их начисто и дать на подпись его величеству. Государь поднялся. Все было кончено.

ОТРЕЧЕНИЕ ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА НИКОЛАЯ АЛЕКСАНДРОВИЧА совершилось. Осталось его оформить. Все были крайне взволнованы. Шульгин, очутившись около государя, даже сказал по поводу назначения князя Львова: «Ах, ваше величество, если бы вы это сделали раньше…» Отвечая на вопросы Шульгина, государь сказал, что он предполагает проехать в Ставку, проститься, повидать матушку и затем уже вернуться в Царское Село.