Видимо, французы уже закончили выдавливание из «правозащитника Ковалева» очередной порции накопленного им яда и, собравшись уходить, решили записать в блокноте транскрипцию русских ругательств, которыми он награждал меня и Путина: «Пишите, пишите по буквам! - наседал на них правозащитник. - Пишите же: РОГОЗИН - МЕРЗАВЕЦ. Записали? Хорошо. Теперь дальше пишите: ПУТИН - ПОДОНОК!»

Мне стало даже как-то неловко за Ковалева. Каким жалким и нелепым казался он мне в этот момент. Я забрал телефон и тихо вышел из зала.

На следующее утро я вылетел в Москву, где на заседании Совета безопасности России мне предстояло выступить с сообщением о готовности Думы к ратификации договора о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-2). Этот кабальный договор был крайне опасен России: он предполагал уничтожение нашей страной всех тяжелых стратегических ядерных ракет наземного базирования с разделяющейся головной частью. Американцы очень боялись этого шедевра Янгеля - Уткина, называли наши ракеты «сатаной» за их надежность, неуязвимость для средств американской противоракетной обороны и боевую мощь. Одна такая ракета может стереть с лица земли все восточное побережье США.

Однажды во время поездки к родственникам в Ивановскую область я увидел, что осталось от советской ракетной дивизии после того, как Горбачев подписал соглашение о сокращении ракет средней и малой дальности. Развороченные взрывом и заполненные грунтовыми водами шахтные пусковые установки, лежащие в сотне метров от них искореженные защитные устройства -высокопрочные крышки, разграбленные командные пункты: такая перспектива ожидала и наши межконтинентальные баллистические ракеты - основу наших стратегических ядерных сил.

Немудрено, что американцы через свою пятую колонну в российском руководстве добились подписания Ельциным этого ущербного для нас договора. Но соглашение не могло вступить в силу без ратификации парламентом. Американцы и НАТО требовали от России прекратить «волокитить» законопроект и скорее вынести его на пленарное заседание Думы. Дума сопротивлялась. Снять это соглашение с ратификации администрация президента также не решалась, так как это было бы воспринято Вашингтоном как явный демарш и вызвало бы неминуемую жесткую размолвку между США и Россией. Этого в российском руководстве никто не хотел.

После победы В. В. Путина в марте 2000 года на президентских выборах был достигнут долгожданный компромисс между Думой и новой кремлевской администрацией. Ход был найден, причем довольно остроумный. Дабы восстановить гарантии военной безопасности России, было решено включить в текст законопроекта о ратификации оговорку, смысл которой сводился к следующему: Россия будет соблюдать договор СНВ-2 в случае, если США сохранят действие Договора о противоракетной обороне (ПРО) 1972 года и не будут расширять НАТО. Мы знали, что американцы не собирались придерживаться ни того, ни другого. Договор по ПРО мешал им развернуть второй, а затем и третий позиционный район стратегической противоракетной обороны. «Нам надо защитить нашу территорию от угрозы ядерного нападения Ирана и Северной Кореи» - так они объясняли нам свои намерения нарушить стратегический баланс с Россией. Тогдашний министр обороны США Дональд Рамсфельд, например, еще в 1998 году уверял, что к 2003 году Тегеран разработает ракетное оружие, способное достигать территории США. Мы, конечно, не верили ни единому их слову, равно как и они уже не считались с нашими, как говорят дипломаты, «озабоченностями».