Обычно в случае внесения поправки к проекту документа председательствующий на заседании Ассамблеи сначала предоставляет ее автору право в течение одной минуты изложить суть предложения, а затем обращается к залу с вопросом, кто готов выступить против этой поправки. Только после этого Парламентская ассамблея определяет свою позицию -оставить документ в первоначальном виде или внести в него соответствующие изменения.
Я понимал, что против моей поправки с удовольствием выступит целый ряд антироссийски настроенных депутатов. Они заставят Ассамблею сохранить оригинальный текст резолюции со зловещим планом учреждения Международного трибунала по Чечне. Но что если попросить Жириновского выступить против моей ключевой поправки? Ведь он как красная тряпка для депутатов ПАСЕ! Надо создать ситуацию, при которой желающим «наказать» Россию придется солидаризироваться с «великим и ужасным» Жириновским.
Я подошел к скучающему в зале лидеру ЛДПР и раскрыл ему свой замысел. Жириновский сразу все понял и с удовольствием согласился. Тут председательствующий на заседании австрийский социалист Питер Шидер объявил начало обсуждения поправок к тексту резолюции ПАСЕ о ситуации в Чечне. Наконец очередь дошла и до моей поправки. В отведенную мне регламентом минуту я изложил собравшимся свое предложение исключить из документа ультимативное и неприемлемое требование создать наднациональный судебный орган для рассмотрения уголовных дел в отношении участников конфликта в Чечне. Зал слушал меня вполуха. По всему было видно, что собравшиеся для себя всё уже решили и выслушивали мои доводы исключительно из соображений приличия. Шидер сухо поблагодарил меня за изложение поправки и, окинув взглядом зал, спросил, кто желал бы выступить против.
«Я, я, дайте мне сказать! Требую слова! Я против!» - закричал Жириновский со своего места, заглушив всех остальных спикеров. Даже опытный и видавший виды Шидер аж рот раскрыл от удивления. Естественно, всем такая интрига показалась забавной. Никто не решился отказать Жириновскому в возможности выступить против России и руководителя российской парламентской делегации в ПАСЕ. Никто даже не заподозрил подвоха.
«Слово для отклонения поправки предоставляется господину Жириновскому!» - отчеканил председательствующий. И тут началось! Жириновский схватил микрофон и буквально заорал в него: