Молодая партия «Родина» прекратила свое существование. Владислав Сурков, приехав в Думу, с издевкой сообщил мне, что «в ближайшие 25 лет ты сможешь устроиться на работу в лучшем случае в таксопарк». С этого дня по его поручению в официальных СМИ был введен запрет на упоминание моего имени. Исключение в 2007 году составил лишь один эпизод, когда в разгар поднадоедших всем депутатам думских дебатов об очередной провокации Тбилиси я решил выступить с трибуны со злой пародией на Саакашвили. НТВ не удержался от показа этого «шедевра», а YouTube логично довел его до «широких народных массах». Фракция «Родина» в Госдуме практически свернула свою работу, да и сама нижняя палата парламента сразу как-то потускнела.

Не буду пересказывать Вам, уважаемый читатель, что я пережил в те дни. Вокруг будто выключили звук и свет. Телефон вдруг замолчал. Знакомые, завидев меня, переходили на другую сторону улицы - будто я прокаженный. Приятным исключением был звонок министра иностранных дел Сергея Лаврова, который, поздравив меня 21 декабря с днем рождения, сказал столь нужные мне тогда слова поддержки...

...Один мой старый приятель назвал меня «непрактичным идиотом», но я чувствовал себя идиотом полным. Главное, что я никак не мог понять, где же ошибся. Ведь именно мне удалось провести яркую избирательную кампанию, итогом которой стал неожиданный успех доселе не существовавшей политической силы. Ведь именно под моим руководством выросшая из парламентской фракции (а не наоборот!) политическая партия «Родина» всего за год существования собрала в своих рядах сотни тысяч активистов и уверенно заняла на выборах вторую позицию, то и дело наступая на пятки российской бюрократии. И вдруг - полный разгром. Первое же политическое испытание на единство наших рядов, первая проверка на прочность актива - и все треснуло.

Большинство региональных руководителей и люди, окружавшие меня в центральном аппарате партии, легко надломились под давлением политических оппонентов и отвернулись от лидера. Винить в этом нужно было только себя. С головой окунувшись в парламентские инициативы «Родины», я был вынужден передоверить работу в партии другим людям. Группа Скокова за моей спиной вступила в тайные переговоры с Сурковым. Одного за другим «за зубцы» вызывали глав наших региональных организаций, беседовали с ними «по душам», объясняли, что радикальная позиция, занятая партийным руководством по вопросам борьбы с олигархами и коррупцией, лишь «электризует общество», а потому партии нужен более «договороспособный» лидер. Эту ситуацию я упустил, не успел укрепить партию проверенными кадрами, потому и вину в кризисе партии с себя не снимаю.