Когда подруги вышли замуж, мужья тоже стали дружить, хотя и не так крепко, как жены. В этой четверке Марк Иосифович (для меня дядя Марк) доминировал. У него был хорошо поставленный голос, и говорил он очень убедительно. Начинал всегда со слов: «Ты понимаешь…», быстро завладевал разговором, и вставить слово уже было трудно. Поскольку у нас большая разница в возрасте, мне это не мешало, но ровесников он несколько подавлял. При этом всегда был душой компании, и за столом другого тамады не выбирали никогда.

В моей жизни дядя Марк сыграл весьма существенную роль. Когда я был, кажется, в шестом классе, он однажды пришел на мамин день рождения и расписал ей мое будущее. «Гулька, — сказал он маме, — ты должна купить Сашке пишущую машинку, чтобы научился печатать. И надо его учить английскому языку». А я тогда учился весьма успешно во французской спецшколе и не помышлял ни о каком английском. Да и иностранные языки при общем невыездном настрое в стране казались не особенно нужными. Один есть — и хорошо. Но он был непреклонен: «Все меняется, и все больше литературы на английском. Надо учить!»

Мама всегда уважала его мнение и быстро купила машинку. Печатаю я до сих пор двумя пальцами, но достаточно быстро. С английским история длилась дольше. Мама моей одноклассницы согласилась давать мне уроки, и за два года я прошел с ней школьные учебники за четыре года. Потом учил язык и в университете, и частным образом, так что в конце концов стал свободно читать и даже изображать английский акцент.