В программе от института был большой доклад на полчаса и маленький пятиминутный содоклад. А после большого доклада — выступление конкурентов. И вот выходит на трибуну директор института и начинает рассказывать: как запускали спутники серии «Молния», как строили космодром в Плесецке и так далее. Очень живо и обстоятельно, но о концепции ни слова. Председатель даже прервал его: «Все это очень интересно, но нельзя ли ближе к теме». Директор говорит: «Да-да, конечно» — и опять начинает рассказывать про запуски спутников и про космодром в Плесецке. Заканчиваются полчаса, он сходит с трибуны, так ничего и не сказав про концепцию. Поднимается на трибуну представитель конкурентов, и сразу видно: он не знает, что говорить. Видимо, все заготовленное выступление было построено на критике положений доклада, но положений-то не прозвучало. Докладчик мнется, бекает-мекает, пытается что-то сымпровизировать, но ничего толком не может сказать. «Есть документ — есть критика, нет документа — нет критики». Произнеся какие-то бессвязные слова, имея бледный вид, сконфуженно слезает с трибуны. Дальше — еще несколько докладов на другие темы и, наконец, пятиминутный содоклад. Выходит представитель нашего института и кратко, четко, конкретно излагает положения концепции. Представители организации-конкурента повскакали с мест, тянут руки, рвутся в бой. Председатель смотрит на часы, говорит: «Я вижу, тут еще много желающих выступить, но, к сожалению, наше время вышло, всем спасибо, всего доброго».