Но рискнём предположить, что в неудаче носиковского президентства сыграли роль не только объективные факторы, но и объяснимые порой только в рамках особой носиковской логики субъективные менеджерские решения. Самое яркое из которых — сразу же назначить на ключевую должность директора по продажам рекламы «Рамблера» (ту самую, которая, по его наблюдению, пустовала полгода) 22-летнюю выпускницу факультета экономики и права Педагогического университета Анну Кронгауз.
[Это вызвало] колоссальную неприязнь. Юность вызывала дикое раздражение. Отсутствие индустриального опыта. По сути, это были глаза Носика, рука Антона. Нечто вроде референта. Она была согласна на всё, что говорил Антон. Антон Борисович мне сказал тогда по-простому: на деньгах должен сидеть еврей. И неважно, сколько ему лет.
[Это вызвало] колоссальную неприязнь. Юность вызывала дикое раздражение. Отсутствие индустриального опыта.
По сути, это были глаза Носика, рука Антона. Нечто вроде референта. Она была согласна на всё, что говорил Антон.
Антон Борисович мне сказал тогда по-простому: на деньгах должен сидеть еврей. И неважно, сколько ему лет.
Так видел ситуацию Леонид Делицин, близко и хорошо знавший Антона. Что же говорить о других?
Вторым пунктом «эстетических разногласий» богемного Носика — как с пришедшими вместе с Крюковым и Ашмановым выходцами из советской инженерской шляхты, так и с американскими (и американизированными) представителями «FMCG» — стала прямо перенесённая им из «Ленты», «Газеты» и далее вплоть до израильских «Вестей» специфическая «корпоративная культура», беспрерывное курение на рабочем месте и постоянные посиделки там же с коньяком, затягивающиеся порой до глубокой ночи и приобретающие немалый размах.
Много курил, пил коньяк и проповедовал свои идеи,
— лаконично описывает Васильев стандартный рабочий процесс Антона Борисовича.
В памяти Алексея Беляева ярко запечатлелся трагический момент захвата «Норд-Оста» (октябрь 2002 года):
Я помню, мы тогда долго сидели с ним и с «Клавой» (Варваниным). Если не ошибаюсь, 0,7 коньячка мы на троих там уговорили. Для меня это было не то чтобы многовато, но в самый раз, — а для них это была разминка.
Я помню, мы тогда долго сидели с ним и с «Клавой» (Варваниным). Если не ошибаюсь, 0,7 коньячка мы на троих там уговорили. Для меня это было не то чтобы многовато, но в самый раз, — а для них это была разминка.
Однако, по свидетельству Ольги Бруковской, Антон в те же дни не раз ездил в пресс-центр, организованный в соседнем с «Норд-Остом» детском саду, и помогал наладить распространение информации.