Но «по дороге» Антон отмочил очень странную штуку, которая заслуживает того, чтобы написать о ней отдельно.

А. Б. Носик и непроизносимое слово. Второе интермеццо. «WhoYOUglе» 2008–2010

А. Б. Носик и непроизносимое слово. Второе интермеццо. «WhoYOUglе»

2008–2010

Однажды Носик пришёл в редакцию «Lenta.Ru» в самом весёлом расположении духа.

— Визель, какая рифма к слову «мячик»? — обратился он ко мне.

Поскольку в ту пору я мнил себя поэтическим переводчиком, о чём настойчиво извещал всю редакцию, я принялся лихорадочно подыскивать точную и небанальную рифму. Но этого, как выяснилось, и не требовалось. Выждав немного, Антон с гордостью сам ответил на cвой вопрос:

— Хуячик!

И пошёл дальше.

Я не поручусь сейчас, что это был именно «мячик» — но какое-то совсем простое и неожиданное слово. Дело не в нём, а в том, что страсть Носика к виртуозному сквернословию проявилась очень рано, не то чтобы поощряемая, но в явном виде не порицаемая его родной филологически-богемной средой, и легко распространялась вокруг него.

Это не причиняло ему никаких неудобств — ни профессиональных, ни личных. В отличие от Виктора Степановича Черномырдина, который, как уверяют, говорил с трибун медленно и с большими паузами потому, что произносил про себя привычные словечки, — а иначе просто терял мысль, Носик переключался с одного «дискурса» на другой без всяких заминок. Нимало не фраппируя друзей и подруг, в том числе по работе, которые сами охотно ему подыгрывали: привычная советская ситуация, в которой крыть матом — прерогатива начальства, к его проектам никакого отношения не имела: матом крыли друг друга все.

Юлия Идлис в книге «Сотворённые кумиры» приводит свидетельство, в точности совпадающее с моим, хотя датированное почти десятилетием позже:

[В октябре 2009] мы с Носиком и его женой Аней Писаревской провели несколько дней в кинотеатре «35ММ» на конкурсных показах кинофестиваля «Зaвтpa/2MORROW», где Носик был в жюри блогеров. На второй день общение наше приняло конвенциональный характер. Носик ловил какое-нибудь слово в разговоре — например, «веник» — и говорил: «А я знаю рифму к слову „веник“». «Хуеник», — незамедлительно отвечала я, и Носик расцветал счастливой улыбкой. «Это потому, что ты поэт[361]», — торжественно объявлял он. «Нет, это потому, что Юля провела с тобой много времени», — смеялась Аня.

[В октябре 2009] мы с Носиком и его женой Аней Писаревской провели несколько дней в кинотеатре «35ММ» на конкурсных показах кинофестиваля «Зaвтpa/2MORROW», где Носик был в жюри блогеров.