Я сказал: «Хвала тебе, о ученый муж. Встань, оставь то место где сидел, подойди и сядь рядом со мною. Ибо место мужа подобного тебе — во главе собрания, рядом со мной». Тот человек встал, приблизился ко мне, и я усадил его рядом с собой. В тот миг я заметил, что облачен он в довольно скромную, поношенную одежду, я спросил: «Как зовут тебя?» Он ответил: «Шейх Хасан-бен-Курбат». Я спросил: «Каковы твои средства к существованию?» Он ответил: «О эмир, я стеснен в таких средствах». Я велел пожаловать ему тысячу золотых динаров, чтобы он впредь меньше беспокоился о средствах к существованию.

Шейх-Хасан-бен-Курбат поблагодарил меня. Затем, приблизив лицо к моему уху, сказал тихо: «О эмир, не вводи далее в смущение присутствующих здесь. Большинство из них имеют различные привилегии от веры лишь в виде одежд и внешнего облика, они не ведают ее сути, некоторые из них и вовсе не знают даже арабского языка, между тем, как священнослужитель должен знать его, чтобы понимать содержание аятов Корана».

Я сказал: «Созывая это собрание, я не имел ввиду посрамить ученых мужей Шираза, наоборот, мне хотелось воспользоваться их знаниями и услышать от них то, чего доныне не слышал от других».

Шейх Хасан бен Курбат тихо молвил: «О эмир, в Ширазе есть настоящие ученые, но они живут в уединении и придерживаются мистического учения, тогда как ученые мужи Шираза считают их нечестивыми, потому что те говорят в своих стихах о вине, кабаке, возлюбленной, бубне и чанге, а ученые мужи Шираза не ведают о глубинах «ирфан» (т. е., мистики, тайных знаний) и считают тех пьяницами и развратниками. Между тем, в мистическом учении понятия: вино, кабак, бубен и чанг и т. д. наделены особым смыслом, доступным только «арефам» (т. е. арефы — приверженцам мистицизма), тогда как не вступившие на путь «эрфана»» (т. е. мистицизма), не в состоянии постичь смысла тех понятий. И если ты, о эмир желаешь узнать что-то новое, чего не слышал от других, пригласи к себе приверженцев «эрфана»» (т. е. мистицизма), живущих в Ширазе и побеседуй с ними». Я ответил: «Принимаю твой совет и обязательно воспользуюсь встречей с арефами».

Я принял совет шейха Хасана бен Курбата и собрал в своей резиденции некоторых из арефов Шираза, ибо шейх посоветовал, что лучше будет собрать их в доме, нежели мечети. Нет необходимости в перечислении всех имен тех, кто собрался в моей резиденции, наиболее знаменитыми среди них считались: Закария Фарси, известный под псевдонимом «Вамег», Сабахуддин Сумбули, известный как «Ареф» и Шамсуддин Мухаммад Ширази, знаменитый как «Хафиз». (Переводчик знаком с двумя легендами о встрече Тимурленга с Хафизом, согласно одной из которых, такая встреча дейсвительно имела место, другая же это отрицает, поясняя, что ко времени взятия Тимурленгом Шираза, Хафиз уже покинул этот бренный мир. Однако, исходя из приведенного здесь автором факта о том, что сам Тимурленг упоминает имя Хафиза среди собравшихся на его меджлисе, следует, видимо, принять то, что такая встреча дейсвительно имела место — Переводчик).