Светлый фон

Единственный человек, которому удалось перехитрить Тимурленга и остаться безнаказанным был Эдиг-бей, падишах Татаристана (Татаристаном называли местность, которая сегодня носит название Крымский полуостров, что расположен в южной части России — Марсель Брион).

(Татаристаном называли местность, которая сегодня носит название Крымский полуостров, что расположен в южной части России — Марсель Брион).

Тимурленг, желая женить своего сына, отправил посла в Татаристан, чтобы посватать дочь Эдиг-бея за своего сына. Эдиг-бей ответил: «Я готов отдать свою дочь в жены сыну Тимурленга, однако не владею достаточным богатством и поэтому не в состоянии обеспечить за своей дочерью такое приданое, которое соответствовало бы чести и величию такого властителя, как Тимур-бек. Ведь если я отправлю свою дочь в Мавераннахр не обеспечив её должным приданым, то покрою себя несмываемым позором!»

Тимурленг ответил: «Я сам обеспечу приданое для твоей дочери, которое отправлю тебе и ты его пришлешь вместе со своей дочерью. Все будут считать, что это ты обеспечил свою дочь необходимым приданым и таким образом, честь твоя будет сохранена».

Тимурленг снарядил двадцать пять верблюдов, груженых золотом, серебром, драгоценными камнями, шитых золотом тканей, кашмирскими шалями и уполномочил восемь своих приближенных, чтобы они доставили Эдиг-бею те сокровища и привезли дочь татарского падишаха для его сына.

Вельможи Тимурленга вместе с караваном тех сокровищ отправились в город Сократ, столицу Татаристана (Епископ Суптании исказил название столицы Татаристана. Тот город назывался Судак — Марсель Брион).

(Епископ Суптании исказил название столицы Татаристана. Тот город назывался Судак — Марсель Брион).

По прибытии каравана сокровищ в столицу Татаристана, Эдиг-бей, падишах страны, заключил в зиндан (тюрьму) посланцев Тимурленга, присвоил себе все то золото, серебро, драгоценности и дорогие ткани и не стал отправлять свою дочь в Мавераннахр. Тимурленгу так и не удалось возвратить те сокровища, освободить своих вельмож, томившихся в татарской неволе, и я сам слышал как он говорил, что никому не удавалось так бессовестно обмануть его, как это сделал Эдиг-бей.

Ни один из властителей не мог сравниться с Тимурбеком пышностью и великолепием своего двора.

Одной из достопримечательностей его двора, придававших ему особую пышность и великолепие, было наличие в нем заложников, всегда носивших свои национальные одежды.

Тимур-бек следует правилу держать в заложниках юных сыновей и младших братьев правителей, являвшихся его данниками и те живут при дворе Тимур-бека, никто их не беспокоит и каждый из тех принцев и отпрысков правящих семей имеет свою собственную свиту.