Как ты смеешь приглашать к себе такого великого падишаха, чтобы показать ему жалкую кучку камней и кирпичей, возложенных тобою друг на друга!

Я настолько велик, что правители мира, желающие удостоиться чести лицезреть мою особу, десять раз целуют землю, прежде чем я дозволяю им приблизиться к подножию своего престола.

Возложив друг на друга несколько камней и кирпичей, ты возгордился и вообразил, что воздвиг великое строение. Между тем, если ты попадешь в Китай и увидишь Великую стену, которую воздвигли мои предки, то увидишь, что ее протяженность составляет тысячи и тысячи фарсангов, и тогда от удивления ты приложишь палец к своим губам.

Эй, Тимур-бек, любой из моих наместников, поставленных управлять провинциями в моей стране, является намного более могущественным и выдающимся, чем ты, и если когда-то тебе удастся сравниться с кем-либо из моих наместников по богатству и могуществу, лишь тогда ты вправе получить мое дозволение приглашать меня в свой дом. А пока ты не достиг тех высот, будет лучше если будешь знать свое место и считать себя одним из моих покорных слуг, а так же не будешь и помышлять о том, чтобы превысить границы и рамки занимаемого тобой положения».

Как только я получил то послание, учитывая, что впереди у меня целых два года до прибытия владык мира на празднества в Кеш, я решил выступить походом на Китай, чтобы доказать его императору мое превосходство над ним. И обо всех последующих событиях я напишу по завершении того похода.

Конец повествования о жизни Тимурпанга,

написанного им самим.

Воспоминания епископа Султанин о Тимурленге

Воспоминания епископа Султанин о Тимурленге

ххх

На этом заканчивается повествование о жизни и делах Тимурленга, написанное им самим. Оно заканчивается тем, что Тимурленг собирается идти в поход против китайского императора. Однако по пути в Китай, в точном соответствии с тем, что он видел во сне (он приводит в своем повествовании описание того сна), его поразил апоплексический удар (т. е. паралич). Пролежав шесть дней, на седьмой он распрощался с жизнью, тело его привезли в Самарканд и похоронили в гробнице, которую он велел построить еще при своей жизни.