30 мая С.С. Ольденбург продолжил освещать обострение англо-советских отношений. В следующем обзоре упоминаются временные успехи Либеральной партии, постепенно уступающей своё место в двухпартийной системе лейбористам.

Конфликт с СССР отразился на положении консула Томаса Престона в Ленинграде. Рыков привёл фотокопию письма Т. Престона: «мои русские птицы, которых я посылаю для такого рода поручений, подвергаются серьёзной опасности, что ГПУ их повесит или четвертует за шпионаж». Рыков воспользовался этим для преувеличенных заявлений о неограниченном числе английских шпионов в СССР. По мнению автора не подписанной заметки в «Возрождении», Т. Престон собирал достоверные и потому запрещённые сведения об экономическом положении большевиков.

8 июня 1927 г. печаталась заметка «Русские в Болгарии – не “иностранцы”» снова с пометкой «нам пишут из Софии» и подписью Русский. Надо отметить что в рубрике «нам пишут» как правило помещались полуанонимные письма постоянных сотрудников из Лондона (Е. Саблин), Праги (С. Варшавский) и т.п. Следовательно, это совпадение псевдонимов, а не Ольденбург.

В связи с убийством П.Л. Войкова П.Б. Струве справедливо написал о политической нецелесообразности террористических актов со стороны белоэмигрантов (есть основания считать, что руками Б. Коверды действовали британские агенты, оказывая давление на СССР). «Возрождение» при этом ссылалось на ложную версию следователя Н.А. Соколова, будто предоставленная П.Л. Войковым серная кислота использовалась для уничтожения тел Царской Семьи. В действительности кислота не пригодна для таких целей. О применении в таких случаях преступниками извести, а не кислоты, есть, например, упоминания в кн.: Jack Rosewood «Patrick Kearney: The True Story of The Freeway Killer», 2016.

Кислота использовалась для обезображения лиц и тел Царской Семьи и слуг, а не их уничтожения.

Совершенно не понятно, на каких основаниях историки упорно продолжают писать: «факт выдачи кислоты, естественно [?], приводил к мысли о том, что она могла использоваться именно для уничтожения тел» [Е.В. Пчелов «Цареубийство 1918 года: источники, вопросы, версии» М.: РГГУ, 2020, с.97].

Примеры использования кислоты в таких целях никогда не приводятся. Н.А. Соколов, утверждая о сожжении и уничтожении тел, опирался на дезинформацию из советской печати. Вволю навоевавшись с каббалистическими надписями и давно устаревшими версиями об увезённых головах, Е.В. Пчелов мало продвинулся в наиболее существенных вопросах выяснения хода организации злодеяния. Начисто проигнорировав основные факты о порядке и смысле назначения вместе с Юровским латышской команды убийц Царской Семьи, историк остался вдалеке от выяснения того, когда и как в действительности было принято решение о совершении злодеяния, ошибочно сдвигая время вплотную к убийству. Однако, в книге Е.В. Пчелова есть и потенциально полезные свидетельства об единоличной и главенствующей роли Я. Свердлова: «Тов. Свердлов решил вопрос без формального народного суда, предложив расстрелять Романова в Екатеринбурге» (однако, статья известного вруна П.М. Быкова 1949 г., очень поздно написана и не даёт убедительных пояснений об источнике его сведений).