«В академических кругах Петербурга держится упорный слух, что своим публичным отречением от своего сына, академик С. Ольденбург подготовляет свою кандидатуру в комиссары народного просвещения на место Луначарского» [«Карьера С. Ольденбурга» // «Слово» (Рига), 1927, 28 мая].

Зарубежные издания проявили явное предубеждение, хотя в письме С.Ф. Ольденбург главным образом объясняет тем кто не знает о существовании его сына, чтобы их не смешивали. Однако, сам тон письма, возмущение С.Ф. Ольденбурга, что ему в 1926 г. приписали в советской печати участие в упомянутом сборнике, можно посчитать за отречение.

16 мая настал черёд С.С. Ольденбурга написать про дело Аркоса в Лондоне – скандальный обыск представительства советского кооперативного союза. Лейбористы при этом встали на сторону большевиков, Либеральная партия заняла выжидательную позицию. В Германии без всяких беспорядков прошли крупные уличные демонстрации и съезд монархического Стального Шлема.

Через неделю С.С. Ольденбург, сообщая о продлении в Германии закона о защите республики ещё на 2 года, с явным сочувствием привёл позицию графа Вестпарпа, председателя Немецкой национальной народной партии, что голосование националистов за продление «открывает путь к пересмотру закона в будущем, и что принципиальное отрицательное отношение со стороны националистов остаётся неизменным». Граф Куно Вестарп, бывший участник монархического путча Каппа, в дальнейшем будет подозреваться нацистами в причастности к заговору Штауффенберга, а в 1945 г. в 80-летнем возрасте арестован большевиками при оккупации Германии.

В мае 1927 г. Ольденбург и Ильин обменялись письмами, в которых оба изъявили готовность сделать заявление, что будут сотрудничать в «Возрождении» только при редакторстве П.Б. Струве, устранения которого желал А.О. Гукасов. Ильин сосредоточился на работе над своим журналом «Русский Колокол». Разногласия в редакции привели к тому что вторая годовщина газеты в отличие от остальных, не отмечалась.