Исключительная актуальность идейного наследия С.С. Ольденбурга в подданном им примере стремления к исторической точности. Если многие сторонники Высшего Монархического Совета позволяли себе в адрес своих политических противников слева критические суждения, в целом правильно мотивированные, но не всегда безусловно точные в деталях, то С.С. Ольденбург старался укреплять авторитет монархической риторики установлением твёрдой почвы фактов и отстранением от мало доказуемых теорий.

В честь 10-летия Рейхенгалльского съезда в Париже состоялось многолюдное собрание русских монархистов. На нём Н.Е. Марков, перешедший на сторону кириллистов, осудил руководство Высшего Монархического Совета, т.е. А.Н. Крупенского, Н.Д. Тальберга и М.К. Горчакова за неосуществление постановления ВМС 26 января 1929 г. подчиниться Главе Императорского Дома. Прозвучали также жалобы Н.Е. Маркова на РОВС за противодействие ему в Болгарии. Призывы объединяться с кириллистами озвучили также П.Н. Крупенский, Е.А. Ефимовский, Л.В. Билинский. Будущий ярый сталинист А.Л. Казем-Бек выступил на собрании с критикой Ивана Ильина. Противники претензий кириллистов на главенство в Доме Романовых и на Императорский титул не были приглашены на мероприятие, поэтому никаких объединительных целей оно не могло достигнуть.

5 июля 1931 г. в «Возрождении» был опубликован рассказ цареубийцы-самозванца Маккиадана, записанный виленским журналистом С. Мацкевичем, встретившимся с ним в поезде в СССР. Маккиадан «живёт в доме для бывших чекистов в Свердловске». В рассказе не приведено никаких доказательств, будто он действительно принимал участие в убийстве Царской Семьи. Он не сообщает, что команда убийц состояла из латышей во главе с Юровским: «насколько я мог понять, всё происходило точно так, как рассказывает в своей книге Соколов». Т.е., Маккиадан не исправляет никаких ошибок Соколова, чтобы доказать этим знание Екатеринбургского злодеяния, зато добавляет свои заблуждения, называя руководителем команды убийц неведомого Григория Сухорукова. Публикация стремилась оправдать Юровского, превратив его из организатора убийства в рядового соучастника. Правдоподобно выглядит только сообщение о приказе, присланном из другого города на условном языке: «примите надлежащие меры». Тем не менее, свидетель ошибается, утверждая будто эту телеграмму с распоряжением об убийстве прислал Белобородов. Таким образом, это сообщение является дезинформацией и имеет сугубо отрицательную ценность. В редакции «Возрождения» не оказалось лиц, способных это проанализировать и сделать надлежащие выводы.