– Нет, вы ошибаетесь! – выкрикнула Ольга. – Он вовсе не так думал, он…

Ольга вдруг замолчала, словно прикусила язык. Я испытующе посмотрел на нее и решил, что пора созвониться с Сансанычем.

– Понимаю. Во всяком случае, мне кажется, что я понимаю. Подождите, мне нужно позвонить.

Она бросила на меня быстрый взгляд, кивнула и стала пить кофе. Я пошёл в прихожую, где был телефон. К черту секретность, решил я и связался с Берлином прямо при ней. Если хотят, пусть завтра же поменяют пароль. В любом случае им придется это сделать. Меня соединили с Сансанычем.

– Говорит Рудольф! – сказал я.

Сансаныч был в своём репертуаре.

– Где ты был? Я пытался найти тебя.

– Я найден. Выкладывайте.

– Мне сообщили, что герр Романцов направляется из Мюнхена в сторону Берлина в своём быстроходном «Порше».

Я посмотрел на Ольгу, и вдруг меня осенило.

«Глупая ссора», – мимоходом сказала бы Ольга.

Хотя, она была не из тех женщин, с кем можно было ссориться в обычном смысле слова.

– Сдаётся, что молодожёны немного поцапались, шеф, – сказал я в трубку и увидел, как Ольга Романцова поморщилась. – Если я прав, то Романцов раскипятился, как чайник, поэтому и гонит как сумасшедший. Когда такие истые русские выходят из себя, в них словно бес вселяется и удержать их уже невозможно. Он вылетел из мюнхенского дома, чтобы выполнить ненавистное ему задание, но подсознательно наверняка надеется, что нечто должно помешать ему это выполнить.

В моё ухо ворвался голос Сансаныча:

– Полиция хотела выставить кордон, но вмешались другие службы, которые узнали, что происходит. Поэтому сейчас за Романцовым просто следят, но он должен вот-вот пересечь границу дозволенного.

Чуть поколебавшись, я сказал:

– Будет очень глупо, если они попытаются задержать его.

– Согласен. А на обратном пути? Если он вернётся, конечно. Его предшественник, как ты помнишь, не вернулся.

– Я верю в него, – сказал я. – Если его «Порш» не взорвётся или не улетит в небо, то никакой русской мафии с ним не совладать.

– Так что ты советуешь?