Но едва этот агрессивный полковник заглох, а инициативу перехватил генерал, я тут же приободрился.

– На Сталинградском фронте вы в какой дивизии были? Кто ею командовал?

– В 138-й стрелковой дивизии. Командир дивизии полковник Людников.

– Да, да. Иван Ильич Людников. Мы с ним перед войной работали в Генштабе. Затем он ушел в Житомирское пехотное училище. А далее на каких фронтах вы воевали и в какой дивизии?

– На Юго-Западном, 3-м Украинском и 1-м Белорусском. До конца войны был в 35-й гвардейской стрелковой дивизии. Это тоже сталинградская дивизия. Ею командовали генерал Кулагин, полковник Григорьев и полковник Смолин. А перед расформированием…

– После войны в каких частях служили?

Мне пришлось перечислять, где я служил, когда эта часть расформировывалась, другие переводы и, наконец, Черкассы.

– Как вы расцениваете присвоение вам очередного воинского звания майор?

– С получением этого звания я понял, что принятое решение об оставлении меня в кадрах Вооруженных Сил подкрепляется и практическими действиями – мне открывают перспективу, за что я благодарен.

– Думаю, что вопрос с майором Варенниковым ясен. Есть предложение зачислить товарища майора слушателем академии. Возражений нет?

Все, кроме моих оппонентов, одобрительно загудели.

– Товарищ майор Варенников! Мандатная комиссия будет рекомендовать вас зачислить слушателем Военной академии им.

М.В. Фрунзе. Можете идти!

– Есть!

Я развернулся кругом и на «деревянных» ногах пошел к выходу.

Не успел открыть дверь и выйти в коридор, как мимо меня тараном пролетел полковник Шляпников. Ни на кого не обращая внимания, он направился к выходу. Ребята облепили меня со всех сторон и засыпали вопросами. Что было вполне естественным: ведь за то время, что я стоял пред очами суровой комиссии, можно было пропустить десяток человек. Когда все успокоились, мы отошли от двери к окну, и я подробно рассказал о разыгравшейся на заседании комиссии сцене.

Но как бы то ни было, я зачислен!

Через некоторое время нас созвали и подробно разобрали все организационные мероприятия. На следующий день должны были выехать в Москву. Всем, кто просил (в том числе и я), были заказаны в нашей военной гостинице на площади Коммуны места – можно остановиться, оставить свои вещи и действовать по личному плану. Каждый обязан был через сутки явиться к 10.00 в академию – в 928-ю аудиторию, которая вмещала всех принятых. Там будут зачитаны структурные списки нашего 1-го курса «А», то есть разбивка по группам. Через два часа то же будет сделано с курсом «Б», затем – с остальными.