Его поручили молодому патрульному офицеру Виму ван де Ваалу — тому самому, кто продал Майклу Рокфеллеру катамаран. На расследование у него ушло три месяца. Асматы не желали говорить о подобных вещах, боясь накликать несчастье: вскоре после убийства Рокфеллера в деревне началась смертельная эпидемия холеры, которую сочли карой. Но всё же путём осторожных кропотливых расспросов он узнал историю, схожую с рассказом миссионеров. Более того, папуасы отвели его в джунгли и выкопали кости и череп без нижней челюсти, с дырочкой в правом виске. Несмотря на вещественные доказательства, ван де Ваалу не дали указания составить рапорт. Официально о смерти Майкла было объявлено только в 1964 году[81]. Его родители развелись 16 марта 1962-го.

На фоне этих треволнений смерть Альты Прентис, угасшей в июне 1962-го, в 91 год, осталась почти незамеченной. Как она и просила, похороны прошли скромно, урна с её прахом заняла место рядом с прахом Пармали. В Кливленде благодетельницу уже забыли, хотя «Альта-хаус» процветал. Своё имущество она завещала госпиталю Ленокс-Хилл, «Дом под вязами» в Маунт-Хоуп купил Колледж Уильямса, а дом в Нью-Йорке отошёл Музею современного искусства. Альта не была поклонницей современного искусства, но решила, что поступит правильно, почтив таким образом память Эбби.

В том же году Нельсон был переизбран губернатором штата Нью-Йорк. Ему хотелось переселиться в Кайкат, где он мог бы устраивать подобающие своей должности приёмы (Марта не пожелала там оставаться после смерти мужа). Кайкат являлся совместной собственностью четверых братьев Рокфеллеров (кроме Уинтропа); но у Джона, Лоранса и Дэвида неподалёку были собственные, вполне удобные дома, поэтому они не стали возражать, чтобы Нельсон поселился там один. Однако трения возникли при дележе украшавших усадьбу предметов искусства. Нельсон считал само собой разумеющимся, что всё останется на своих местах. Однако Дэвид твёрдо возразил, сославшись на завещание родителей, что внутреннее убранство дома принадлежит им четверым, поэтому они с Пегги заберут кое-какие картины, которые им особенно дороги, и так же поступят остальные братья. Можно провести лотерею, как в Эйри, чтобы всё было по справедливости. Пусть Нельсон не беспокоится: дом не оставят с голыми стенами. Но владеть всем в одиночку он не имеет права. «Нельсон счёл моё предложение неприемлемым и пришёл в ярость, будучи раздражён больше, чем я когда-либо видел, — пишет Дэвид в мемуарах. — Он не мог поверить, что я встану у него на пути. Он сказал, что, будучи губернатором, нуждается в Кайкате, чтобы задавать приёмы, и хочет, чтобы Кайкат оставался без изменений. Нельсон заявлял, что его нахождение на государственной службе соответствует интересам семьи и по этой причине важно разрешить ему держать Кайкат в нетронутом состоянии[82]. У меня не было настроения соглашаться. В конце концов, закон был на моей стороне, и ему ничего не оставалось, как подчиниться условиям завещания отца». Наверное, дед бы его одобрил.