Когда от Коржакова кто-то вышел, и он остановился в дверях, провожая посетителя, к нему ринулся Березовский:

– Саша, меня пытались взорвать…

Увидев меня, Коржаков кивнул головой:

– Заходите.

Я показал глазами на Березовского – а этот?

– А, – раздраженно, но достаточно тихо сказал Коржаков, – этот подождет, достал… Волк в овечьей шкуре.

В 2000 году, покидая Государственную думу, Березовский попросил слова и сказал:

– В чем различие между англичанином и евреем? Англичанин уходит не прощаясь, а еврей прощается, но не уходит. Я хочу сказать, что евреи в России вежливые и обязательные.

Тогда я подумал, что лучше бы он родился англичанином.

Владимир Кожин

Владимир Кожин

Как только заграничная недвижимость МВЭС во всех странах была «приватизирована» Управлением делами президента, началась активная работа по освоению бюджета.

Можно привести пример по одной Франции, а потом затраты, ущерб и откаты умножить на 120, по числу стран, в которых была «эффективно помыта» российская недвижимость.

Несмотря на то что со стороны нашего торгпредства не было такой заявки, явочным порядком во Францию прибыла лихая бригада ремонтников, направленная управляющим делами президента Владимиром Кожиным, для очистки фасада здания торгпредства. Фасад находился в хорошем состоянии – со стороны мэрии Парижа и XVI округа не было ни одного замечания или предписания, хотя они очень внимательно следят за внешним обликом города.

Напротив, мы подавали заявку на ремонт жилого фонда торгпредства, который давно находился в плачевном состоянии. Но на ремонте жилого фонда много не заработаешь, а вот реставрация – это совсем другое дело – любимое занятие коррупционеров.

Поскольку Управделами президента чудесным образом взяло на свой баланс всю российскую загрансобственность, то мы оказались в положении бесправного арендатора собственной недвижимости.

Представлял интересы Кожина во Франции человек по фамилии Махров («Сан Саныч», как мы его называли по простоте душевной), чьи «художества» мы хорошо знали по его работе завхозом в нашем торгпредстве.

И вот началась… Вокруг торгпредства возвели хлипкие леса, и стали беспощадно, вопреки всем местным законам и правилам, всухую пескоструить добротный каменный фасад здания.

Строительные леса не имели обязательных по местным законам поручней, и я каждый прожитый день благодарил Бога за то, что никто из не вполне трезвых рабочих после обеда не свалился на каменную мостовую. Леса не были закрыты обязательной при таких работах пленкой, и облака едкой, очень тонкой пыли накрыли весь квартал. Было жаркое лето, обитатели нашего квартала не могли открывать окон и задыхались в своих квартирах.