При очистке фасада использовались запрещенные во Франции кондовые технологии сухой пескоструйной очистки камня без добавления специальной водяной смеси, что и вызвало настоящую экологическую катастрофу районного масштаба. Как назло, погода стояла хорошая, сухая. Облака мельчайшей абразивной пыли накрывали весь квартал, пыль проникала во все щели и квартиры – посуду, одежду, обувь.

Каждый день возмущенные французы, по привычке полагая, что именно я отвечаю за все, что происходит на территории торгпредства, атаковали меня письмами, звонками, предписаниями. Между тем началась добровольная, но вынужденная эвакуация жителей квартала: чтобы выжить, уезжали кто куда может, но обещали вернуться с адвокатами и судебными исполнителями.

Первый вежливый звонок был от соседа торгпредства (его дом находился через забор от нас) Жискара д’Эстена, потом любезное письмо от его мадам с просьбой спасти их – и так в течение двух кошмарных недель.

Когда «реставрация» была закончена, я отказался подписывать акт приемки работ, т. к. их никогда не заказывал, считал бесполезными и плохо выполненными. А наши соседи в радиусе 500 метров, с которыми у нас всегда были хорошие отношения, возненавидели и прокляли торгпредство, посольство, меня и Россию в целом.

Французам больших денег стоило тогда провести влажную уборку нескольких сотен квартир и вымыть многие тысячи квадратных метров окон. После редкого дождя пыль вообще зацементировалась и стала несмываемой… Жители близлежащих домов обещали, что выставят торгпредству большие счета за эти вынужденные расходы и за моральный ущерб, что могло составить несколько миллионов евро. Но в конце концов всё обошлось, наступила осень, и разгневанные французы поостыли.

Через некоторое время Кожин прилетел во Францию познакомиться со своим хозяйством. В это время я был в Бурже по делам организации очередного авиационного салона; там мы с ним и столкнулись.

В промежутках между салонами в этом аэропорту базируются частные самолеты бизнес-класса, и оказалось, что высокого гостя Кожина уже ожидает самолет на всех парах – надо было смотаться на пару дней в Англию.

А «мотался» управляющий делами президента на самолете бизнес-класса, который ему по дружбе на несколько дней одолжила крупнейшая французская строительная фирма «Буиг».

Следующей жертвой беспощадной «реставрации» через два года, когда я уже ушел с государственной службы, стал загородный особняк торгпредства в городе Монсу по адресу ул. Понтуаз, дом 1, в 30 километрах от Парижа.

В течение почти пятидесяти лет квартиры в этом доме успешно сдавались за умеренную плату в аренду сотрудникам торгпредства и других загранучреждений. В результате арендная плата шла на содержание помещений, а для сотрудников и членов их семей решались социальные вопросы, связанные с использованием отпусков, выходных дней. И это при отсутствии за границей наших домов отдыха, молодежных лагерей и детских садов.