Вне учебы детей было девать некуда. Поэтому во время каникул, выходных и отпусков загородный дом был одновременно своего рода детским садом, молодежным лагерем и домом отдыха, в основном для жен и детей. Мы обязаны были решать социальные вопросы наших сотрудников.

Кроме того, по трудовому законодательству государство обязано было оплачивать во время отпуска семьям сотрудников загранучреждений авиационные билеты по маршруту Париж – Москва – Париж. Таким образом, если сотрудники оставались на отпуск в Монсу, то казна еще и экономила на дорогих авиационных билетах для всей семьи.

Но для отмывания денег это был лакомый кусок – кто сможет определить, сколько чего построили, почистили, покрасили или закопали в этом Монсу? Да и кто посмеет сунуться? Ведь это якобы для самого Путина – загородная резиденция или охотничий домик. Такой ими был пущен слух. Хотя я уверен, что мошенники просто пользовались именем Путина.

Как полагается, почистили снаружи, подштукатурили и покрасили внутри, завезли аляпистую мебель и перекопали газон. Снаружи блестит, а внутри получилась пародия в стиле Людовика XIV – дорого и некрасиво.

Поначалу сюда стали наведываться высокопоставленные чиновники по одному да с семьями, но они ведь денег платить не любят и не будут, а даром зачем они нужны… Коммерческое использование собственности, имеющей дипломатический статус, категорически запрещено Венской конвенцией.

Однажды попытались сдать в аренду особняк российской фирме, но всё закончилось большим скандалом. Фирма обратилась в российские суды с требованием к УД президента «о взыскании неосновательного обогащения», как говорилось в иске, в размере почти двух миллионов долларов США.

Но какой же российский суд пойдет против управляющего делами самого президента! Повезло, что российская фирма-арендатор не догадалась обратиться во французские суды: за нарушение Венской конвенции Россию могли оштрафовать на кругленькую сумму. В этом случае имение следовало продать с торгов по оценке, установленной местной мэрией, которая давно точила зуб на это владение и имела «право первой ночи» при ее продаже.

Тогда УД попыталось продать имение напрямую, без торгов, но Кожин не знал, что по требованию Украины почти во всех странах, где есть российская собственность, наложен запрет на ее продажу без согласия украинских властей. Так что и тут ничего не вышло.

После распада СССР за бывшей великой державой остались колоссальные долги – существуют различные цифры и методики оценки, но в любом случае это порядка 120 млрд долларов США. Россия вынуждена была принять на себя все эти долги при условии, что она забирает себе советские активы за рубежом, в том числе и недвижимость.