…Когда в сентябре 1978 года я был в Красном Луче, из Харцизска пришла телеграмма о том, что Карп Иванович Косенко умер. Он все же догнал свой экипаж; каждый из нас рано или поздно кого-то догоняет, чтобы потом догоняли нас…

К этому волнующему эпизоду из жизни отряда «РВС» мне еще нужно добавить нечто, без чего я не могу считать повествование оконченным.

Читатель, вероятно, заметил, что на протяжении всей повести не названо ни одной детской фамилии, ни одного имени. Почему? Право же, не случайно. Я не только знаю многих нынешних эрвээсов в лицо и по именам, но даже по прозвищам: Морозик, Полтава, Люлек, Черчилль, Колобок, Чебурашка, Лысик, Захарка, — дети есть дети, каким бы серьезным делом они ни занимались, и это прекрасно, что они остаются детьми.

Но их много и, право же, все они друг друга стоят. Кроме того, работа в «РВС» есть всего лишь прелюдия к тому, что они сделают завтра, и о чем, не смущаясь, можно будет рассказывать «на весь белый свет». Пока что, не совершая подвигов и выдающихся поступков, они всего лишь достойно живут, делая достойное дело, что тоже, конечно, немало, однако должно восприниматься нами как норма.

Участие в раскопках для многих ребят составляло, я бы сказал, существенную часть их жизни. Если бы мы поставили перед собой задачу исследовать процесс формирования их душ, процесс рождения личностей, то получили бы совершенно поразительный результат, убедившись в том, что «РВС» влиял даже на их судьбы. Во всяком случае, многие эрвээсы, закончив школу, избрали себе военные специальности, поступив в училища, причем именно в авиационные. Каждое лето, где бы они теперь ни служили и ни работали, они рвались в отпуск к Валентине Ивановне, чтобы вновь идти в экспедиционный поход. И она снова, как и в школьные годы, вместо громких слов о военно-патриотическом воспитании, давала им в руки дело, которое само по себе творило из них патриотов.

Я хочу всем этим сказать, что, оглядываясь назад, эрвээсы предопределяли свое будущее — не это ли один из самых важных итогов всего следопытского движения? Школьники как бы  о г л я д ы в а л и с ь  в п е р е д, да еще с твердым убеждением, что не только никто не забыт и ничто не забыто, но и никто  н е   б у д е т  забыт, ничто  н е  б у д е т  забыто, — наиважнейший организующий момент, от которого зависит качество нашей сегодняшней жизни. Действительно, каждый из нас, живущих на земле, должен помнить, что любой наш шаг уже нынче находится под зорким и пристальным взглядом будущих поколений, которые когда-то, испытав к нам естественный интерес, попытаются узнать сумму наших поступков, наши мотивы, и начнут нас раскапывать в толстенных пластах времени.