А здесь — уникальный случай: без проведения нового следствия и нового судебного разбирательства убиты! То есть их вывели в во двор — и…

Далее. К постановлению ГКО не приложен список лиц, подлежащих ВМН. Зато этот список есть в постановлении военного прокурора “О прекращении уголовного дела” от 12 апреля 1990 года: “Военный прокурор I отдела Управления Главной военной прокуратуры по реабилитации подполковник юстиции Зыбцев, рассмотрев уголовное дело № 1–89, установил…” Откуда в “реабилитационном” постановлении появился список, если ни в письме Берии, ни в постановлении ГКО его не было? Что это за набор фамилий?

Уверен, что нет и “актов о расстреле”. Как сейчас узнаешь: мол, всё сгорело во время войны (“историкам” средневековья и античности также помогают “пожары” да “наводнения”). А где были захоронены эти люди? Что-то я не помню, чтобы проводилась эксгумация. В “новой России” эксгумации проводились — там, где действительно были расстрелы, например, в Бутово.

Когда же было написано это “постановление”? При Хрущёве? Нет, так как указанные в “списке” лица, в том числе Раковский, Спиридонова, Арнольд и др., были реабилитированы только в 1988–1989‐м годах. Откуда взялись эти фамилии, что в действительности стало с этими людьми — неизвестно.

Как проводила реабилитацию “Комиссия Политбюро ЦК по дополнительному изучению материалов, связанных с репрессиями 1930–1940‐х и начала 1950‐х годов” под руководством А. Яковлева? Очень просто. “Известия ЦК КПСС” публиковали справку о деле, а далее примерно такой текст: изучив материалы по делу, “Комиссия” пришла к выводу, что они были фальсифицированы, и считает целесообразным их реабилитировать в партийном и судебном порядке. И всё!

Без сомнения, таких фальшивых “постановлений” о расстрелах в архивах много — они были сделаны и при Хрущёве, и при Горбачёве. Самый яркий пример — “расстрел в Катыне”.

А как на эти открытые судебные процессы реагировал самый главный оппозиционер и троцкист — сам товарищ Троцкий? Судя по его действиям, он подыгрывал Сталину.

В апреле 1937 года по требованию Троцкого была создана “Комиссия по расследованию обвинений, предъявленных Льву Троцкому на московских процесссах” во главе с известным философом и общественным деятелем Джоном Дьюи (США).

Комиссия исследовала материалы процессов и нашла, что все обвинения, выдвигаемые против Троцкого и его сына Льва Седова, фальсифицированы, тем самым оправдав не только их, но и косвенно жертв самих процессов.

10 апреля 1937 года члены этой “Комиссии…” прибыли в Мексику для допроса Троцкого. По соображениям безопасности было решено отказаться от первоначального замысла проводить слушания в большом зале в Мехико. Все 13 заседаний в течение 9 месяцев прошли в “Синем доме”, в котором проживал Троцкий, в предместье Мехико Койоакане.