Через полгода ЦК ВКП(б) исключит Ягоду из членов партии, и он попадёт в жернова созданной им же мощной репрессивной машины. Его обвинили в совершении антигосударственных и уголовных преступлений, в связях с Троцким, Бухариным и Рыковым[268], в организации троцкистско-фашистского заговора в НКВД, подготовке покушения на Сталина и Ежова. Следствие шло почти год. Приговор — высшая мера наказания. Расстрелян 15 марта 1938 года.

В 1937 году состоялся февральско-мартовский пленум ЦК ВКП(б). Он проходил с 23 февраля по 5 марта. В советской историографии ему отведена особая роль. Считается, что он дал старт так называемому Большому террору в СССР.

Своеобразной предтечей развязанного общего террора являются августовские 1936-го и январские 1937 годов события, связанные с судебными процессами над членами «Троцкистско-Зиновьевского террористического центра» и «Параллельного антисоветского троцкистского центра». На первом громком процессе основными обвиняемыми были Зиновьев, Каменев и их 14 единомышленников, все они приговорены к расстрелу. На втором процессе разбирались 17 менее крупных оппозиционных функционеров, таких как Карл Бернгардович Радек, Георгий Леонидович Пятаков и Григорий Яковлевич Сокольников. 13 из них расстреляны, остальные приговорены к длительным срокам заключения.

Что касается террора против Красной армии, то ему предшествовала скоропостижная кончина командарма 1-го ранга Каменева. Именно тогда были проведены аресты среди военных. Аресту подверглись члены Военного совета при наркоме обороны СССР (ВС НКО) комкоры Примаков[269], Туровский[270], Путна[271]. Этим активным участникам Гражданской войны предъявлялись обвинения в участии в «боевой группе троцкистско-зиновьевской контрреволюционной организации». Свыше девяти месяцев они содержались в тюрьме, где от них требовали сознаться в подготовке военного переворота и назвать сообщников. Но до мая 1937-го следователям НКВД не удалось этого добиться...

На февральско-мартовском пленуме было сделано несколько докладов. Выступили высокие государственные и партийные функционеры, в их числе Молотов[272], Каганович[273], Ежов. Смысл большинства выступлений сводился к тому, что страна наводнена «шпионами, диверсантами и вредителями», пролезшими на самые высокие посты. Жёсткой критике подверглись бывшие партийные оппозиционеры, вчерашние соратники нынешних обличителей; они обвинялись в том, что ещё в начале 1930-х годов намеревались силой захватить власть, образовали общий блок «троцкистов», «зиновьевцев» и «правых», встали на путь террора и сотрудничества с «зарубежными фашистами».