Но никакие резервы присланы не были, несколько неудачных сражений было проиграно благодаря неумелости комсостава и отсутствию патронов (смотри особый доклад), и армия оказалась вынужденной отступать и втягивать в бой новые части.

Тем не менее все меры к формированию свежих сил и переформированию старых были приняты. Так, с фронта, как видно из подлежащих документов, были направлены в тыл 6-й Севастопольский и 51-й Одесский полки, вся белорусская бригада, бригада Дмитриева и целый ряд других укрчастей. В то же время запбатальон с его кадрами оттягивался по мере возможности в тыл, что дало возможность получить в критический момент, наступивший в конце июня, нетронутую сводную стрелковую дивизию численностью около 14 000 штыков и Башкирскую бригаду силой в 2 тысячи бойцов. Крымская армия была переформирована в Крымскую дивизию и переведена в такое состояние, при котором управление ею сделалось достижимым.

В отношении снабжения нами были приняты меры: целый ряд телеграмм был направлен во все подлежащие органы... <...>

Доклад о снабжении патронами прилагается особо, поэтому здесь нужно только сказать, что обещанная товарищем Троцким присылка винтовок и патронов началась только тогда, когда управление армией было уже нами сдано. Количество телеграмм, направленных по этому поводу, не поддаётся учёту, так как при обозрении приложенных при сем документов легко будет убедиться, что почти в каждой телеграмме, каждом отношении поднимается один и тот же вопрос об артиллерийском и интендантском снабжении. Передача дела снабжения члену Реввоенсовета 14-й [армии] товарищу Кизильштейну не внесла никакого улучшения, так как он не был в состоянии ни наметить новых лиц для управления, ни предпринять какие-либо решительные шаги.

Политработа в значительной мере улучшилась, потому что нами всё внимание было обращено на эту сторону вопроса. Назначенный было член ЦК КПУ Харечко был немедленно смещён ввиду непонимания громадной важности задач, ему поставленных.

Майзель, занявший его место, был смещён также, и работа перешла в руки старого партийного работника товарища Бубнова, на которого и была возложена согласно письму товарища Троцкого... <...> забота о политработе в армии.

Что касается оперативного управления, то, повторяем, здесь были приняты самые героические меры для того, чтобы в той или иной мере предотвратить надвигавшуюся чрезвычайно быстро и разразившуюся в настоящий момент военную катастрофу... <...>

Благодаря негодному комсоставу пришлось разрабатывать оперативный приказ и, дав точные указания, которыми должны были в дальнейшем руководиться начальник штаба, отправляться на фронт для того, чтобы на месте инструктировать начальников, требовать безапелляционного выполнения боевых приказов и останавливать паническое отступление плохо связанных частей, потерявших управление. Не было такой меры, которая не была бы принята нами в этом направлении. Расстрелы комсостава за невыполнение боевых приказаний, установление точной связи, рассылка разведки, постоянная и точная проверка выполнения отдаваемых приказаний — всё это является теми мерами, при помощи которых можно пересоздавать на самой линии фронта ещё не сложившуюся, плохо управляемую Укрармию.