Но как это должно быть конкретно (раз!) и как это сделать лаконично (два!)? Да и согласится ли Усков в этой суматохе решать окончательно (три!)?

Как же это должно быть?

Сюжет довольно банален (это штамп!), и не он самое интересное. Гораздо интересней (и новей), если за детективным сюжетом встает реальная жизнь, и эта реальность не из «жизни преступного мира», а из нашей жизни в этом мире, в создании кентавра из идеала и его противоположности, из Бога и Сатаны. (Даже страшно: Бог с хвостом, рогами и копытами! Ужас!)

История предательства Филдса и Брамеля (крушение Брамеля!) – это история вполне человеческая. (Хотя финал очень плох: пить и бить негодяя надо до предательства, а нетрагичность финала в том, что и Филдс, и Брамель обслуживают Фогга и Хобсона! Это финал, похожий на уничтоженного Марчелло Мастроянни в финале «Сладкой жизни».)

Но вернемся к сцене «Вилла Фогга»

Ни в коем случае нельзя играть сцену с бриллиантами во дворе – это ясно. В зависимости от того, примет ли это Усков, – надо будет думать дальше.

Мистика! На этой фразе вошел Валерий <Усков>. Я ему сгоряча рассказал все – и ему понравилось. Хорошо бы! Но! Завтра и все дни вести себя особенно скромно! Особенно по-хорошему. Не подчеркивать и этого!

Очень почему-то волнуюсь о том, что в Ленинграде. Необходимо, чтобы они мне позвонили. Очень волнуюсь почему-то и о Паше с Леной. (Как съездил Пашка? Как завтра в школу?)

Плохо со сном. Ночь. А я все функционирую.

В сцене «Книгохранилища», как бы она ни была решена сюжетно и смыслово, могла бы пройти мысль Ларсена о сумасшествии отвратительном… о существовании разрушительном, но не созидательном!

Это уточнит самым серьезным образом авторское отношение к сумасшествию Ларсена.

Конечно, надо умолять Костю еще раз снять финал (под видом досъемки), но уже после того, как он (так или иначе) решит все основные действенные сцены.

Из новых предложений

1) Включить детей в «молчание Ларсена» и более того… Ввести тему поисков оставшихся для их спасения… И он нашел детей – конкретную цель… Дети вывели Ларсена из оцепенения, он начал действовать и развернулся в финальных сценах.

2) Уже в сцене с оператором выясняется, что произошло на острове, чтобы объявление, что это эксперимент, было в финале потрясением и для зрителей, и для тех, в бункере.

Военные приехали со строго политическими целями: доказать, что это не бомбардировка, а авария, тогда можно будет успеть, ибо срок ультиматума остался 3 дня…

А Ларсен снабжает их иным подходом – научным: он дает им все материалы с выводом, что война невозможна. Военные это скрыли.