Петля все туже. На «Мосфильме» все стоит, а надо ехать в Ленинград к Снежкину во вторник. Маме неделю голову морочу. Сценария «Куролесова» нет, нет и исполнителя на сказку Климова (режиссера). Время идет. Статуса нет. Александров, видно, снова запил. Таня болеет. Ужас!

А дел по СИФЕЖу[220] – тысяча. Все валится. Надо просить Киселеву и Дубенского помочь.

Студии им. Горького нужен директор, моему объединению нужен директор, настоящий главный редактор, редакторы – три, оргредактор, редактор-производственник. Нужно взять парня, которого привел Саша Толстых, нужно найти Азимову, спихнуть на нее сценарий, надо писать ответы и т. д.

Одолевают психи и графоманы. Каждый отнимает время – что делать?

В феврале поездка в Финляндию, в марте – в США, в апреле – во Францию. Когда же работать? Может, отказаться? Очень хочется все успеть, но не сдохнуть же.

Все это как удар по голове – гудит голова, качаешься. Срочно нужны помощники. Статус и штат. Срочно! Статус ассоциации. Кто поможет – Боже?!

– У меня сын металлист!

– По металлу?

– Нет, на гитаре (в ансамбле).

06.02.87 г

06.02.87 г

Вся эта перестройка – пока только пожелание. Мы все ждем указания свыше. А дело простое: нам даны права, мы должны вынести постановления, если их запретят – добиваться цели.

Статья А. Плахова как-то не по душе мне. Там все правильно, но правильно и другое.

Консолидация со старшими необходима. Перестройка – это не давайте устроим «общий лад», а назовем вещи своими именами. Или через 50 лет кто-то поставит новый фильм «Покаяние»?

Их власть не имела никакой гласности. Их власть была гораздо большей, нежели сейчас. И тут дело именно в этом. Нельзя забывать, что при них не было конфликтной комиссии, нельзя забывать, что травля шла именно от них, с равнодушного согласия.

Не надо быть Иванами, не помнящими родства, это так, но 60-е годы – это лидерство А. Тарковского, а уж считать «голубюсенькую» картину «Доживем до понедельника» родоначальной – поддавок. Был и «Друг мой, Колька», «Мимо окон идут поезда», «Не болит голова у дятла» – вот и «Звонят, откройте дверь!». И была «Доживем до понедельника», картина, стоящая особняком. Это не предок «Пацанов» и «Чучела», и тогда статья А. Плахова, благородная по содержанию, вдруг ущербна. И не просто ущербна, а опасна, если это тенденция секретариата.

Ведь еще ни слова не сказано о тех, кто виноват в судьбе Климова, Быкова, Германа, Асановой, Аскольдова, Сокурова, Муратовой, Мотыля, Тарковского и т. д.

Мне сейчас будут давать звание, а я должен благодарить? Я хочу спросить у Плахова об этом. Не может быть такого, чтобы мы стали Иванами, не помнящими родства – это конечно. Но нельзя, чтобы мы были Иванами, не помнящими казни. Почему закрывали картины? Потому что на них натравливали руководство Госкино, и натравливали те, кого сейчас объективно отмечает А. Плахов.