Я несколько отошел от этой темы, но появилось множество трудов по меметике, в том числе книг со словом “мем” в названии. Значительно продвинулись в теории мемов, например, Сьюзен Блэкмор в книге “Машина мемов” (The Мете Machine), Роберт Аунгер в книге “Электрический мем” (The Electric Мете) и Дэниел Деннет в нескольких книгах, в том числе “Объясненное сознание”, “Опасная идея Дарвина”, “Разрушая чары” (Breaking The Spell) и “Насосы интуиции”. И Деннет, и Блэкмор видят в меметике важнейший фактор человеческой эволюции, в том числе эволюции сознания. Сью Блэкмор провела серию семинаров “Мемлаб” в своем необычном и прекрасном доме в Девоне, где живет с мужем, ведущим научных телепередач Адамом Хартом-Дэвисом (который, так совпало, одно время работал в издательстве “Оксфорд юниверсити пресс” и имел отношение к выходу “Эгоистичного гена”). Каждый семинар проходил в формате домашней вечеринки на выходных, участники ночевали в их доме и ели вместе: эти семинары для меня воплощают замечательный компанейский дух, общее пространство для мыслей вслух, в котором я всегда находил столько удовольствия. Если позволяет погода, семинар завершается восхождением на одну из скалистых вершин Дартмура. На одном памятном семинаре выступал Дэн Деннет, и, как обычно, всем нам он задал высокую планку.

Испорченный телефон и неиспорченная джонка

Испорченный телефон и неиспорченная джонка

Я написал предисловие к книге Сью Блэкмор “Машина мемов” и воспользовался случаем предложить там ответ на один из главных доводов против теории мемов. Довод заключался в том, что мемы, в отличие от генов, воспроизводятся с низкой точностью. Критики утверждают, что со сменой поколений информация искажается, а это губительно для эволюции. В ДНК последовательность ATGCGATTC будет скопирована в точности (а если возникнет ошибка, ее можно будет четко локализовать). Но когда копируется мем – скажем, детский стишок при передаче от родителя к ребенку, – воспроизводство будет неточным. Голос ребенка выше, гласные он произносит несколько иначе, и так далее. Отсюда следует, что мемы не подобны генам и не могут быть предметом эволюции из-за недостаточной точности воспроизводства.

На первый взгляд, критика обоснованна, но ее ошибочность можно наглядно продемонстрировать. Я ответил серией мысленных экспериментов – вариантов детской игры “Испорченный телефон”. Представьте, что в ряд выстроились двадцать детей. Я шепчу какую-нибудь фразу первому в ряду. Например, “Роза прекрасна по форме и запах имеет приятный”. Первый ребенок шепчет услышанное второму, и так далее по очереди. Двадцатый выкликает “эволюционировавшую” версию исходной фразы. Она может оказаться заметно искаженной, и это будет смешно. Но если фраза была короткой, понятной и на родном языке детей, то велика вероятность, что она доживет до конца очереди невредимой. И если взять за пример игру, в которой фраза дошла до конца очереди без искажений, то я сделаю следующий вывод: не так важно, совпадает ли произношение каждого ребенка в точности с произношением соседа. У одного может быть ирландский акцент, у другого шотландский, у третьего йоркширский. Фраза имеет для них смысл на их общем языке, поэтому они “нормализуют” ее. Шотландские гласные отличаются от йоркширских, но разница не влияет на содержание. Австралийский ребенок слышит слова, распознает их как элементы общего лексикона английского языка и верно воспроизводит их таким образом, что следующий в очереди ребенок, у которого американский акцент, может понять фразу и передать ее дальше.