22 марта

Свидание наше длилось несколько минут.— Из неопубликованных писем Аксаковых видно, что украинский поэт произвел самое благоприятное впечатление на всех: «Шевченко ... всем на отесеньку (С. Т. Аксаков.— И. А.) и на братьев (К. С. и И. С. Аксаковых.— И. А.) производит приятное впечатление,— писала В. С. Аксакова,— он умен и прост, и если в нем есть дурные стороны, дурные минуты в его жизни, то, кажется, как будто это не смешивается с его природой. В самом деле, стихи его всегда чисты и нравственны... С Шевченко можно было бы о многом разговориться, и он начинал было рассказывать, но некогда было» (26 марта 1858 г.)

Прочитав статью в 3 № «Полярной звезды»...— Имеется в виду статья Герцена «Княгиня Екатерина Романовна Дашкова».

23 марта

Актер Самарин.— Иван Васильевич Самарин (1817—1885) — артист Малого театра и автор нескольких пьес.

Эпиграмму Щербины...— Списанная в «Дневник» эпиграмма принадлежит не Н. Ф. Щербине, а поэту А. Н. Апухтину (1840— 1893) и является пародией на стихотворение А. А. Фета «Лесом мы шли по тропинке единственной», незадолго перед тем появившейся в свет («Русский вестник», 1858, февраль, кн. 2, с. 397).

24 марта

К актеру Шумскому...— Сергей Васильевич Шумский (Чесноков) (1821—1878)—актер Малого театра, ученик Щепкина.

Здесь я встретил...— Борис Николаевич Чичерин (1828— 1904) — профессор Московского университета, юрист, общественный деятель, умеренный либерал. Алексей Иванович Кронеберг — переводчик «Летописи» Тацита (М. 1858), сын харьковского профессора-классика И. Я. Кронеберга (1788—1838), оказавшего значительное воздействие на формирование эстетических представлений молодого Белинского. Евгений Федорович Корш (1810— 1897) —прогрессивный журналист и переводчик. Николай Федорович Крузе (1823—1901) —московский цензор, вышедший несколько месяцев спустя в отставку из-за «либерального» отношения к печати. Отставка его вызвала ряд демонстраций прогрессивных общественных кругов. Крузе цензуровал «Записки о Южной Руси» и «Граматку» Кулиша; в одном из писем к Шевченко Кулиш предполагал расспросить Крузе, не пропустил ли бы он новым изданием «Кобзарь» и «Гайдамаки».

25 марта

М. А. Максимович задал мне обед.— Этот обед в честь Шевченко явился демонстрацией славянофилов, обеспокоенных тем, что прославленный украинский поэт во время своего пребывания в Москве оказался в окружении представителей либерального западничества. Имелось в виду привлечь Шевченко к участию в славянофильской «Русской беседе», в проектировавшихся журналах И. С. Аксакова и др. Все эти замыслы потерпели неудачу: Шевченко не только не сделался славянофилом, но попросту не заметил большинства присутствовавших на обеде «столпов» славянофильства, а о замеченных отозвался без всякого восторга и почтения.