Бейкер сказал, что с вложением частного американского капитала в советскую энергетику придётся подождать до выяснения взаимоотношений между Центром и республиками. А Конгресс по-прежнему не желает ратифицировать новое торговое соглашение, пока советский парламент не внесёт ясности по тем пунктам закона об эмиграции, которые можно толковать двояко.

Используя старый рефрен, Бейкер напомнил Примакову, что он ведь был министром финансов и его “по-настоящему беспокоит” план Павлова, потому что этот план “не будет работать и вы не добьётесь хороших результатов”. Вторя тому, что сказал Шеварднадзе за несколько дней до того насчёт Союзного договора, Бейкер утверждал, что будь нечто вроде павловского плана принято два года тому назад, “за одним столом с вами сегодня сидело бы больше девяти республик”. А теперь ход событий опередил подобные полумеры.

Примаков ответил общими словами: соглашение “девять плюс один”между Горбачёвым и руководителями республик создало-де “благоприятные условия” для “радикальной реформы”. Новый Союзный договор – Примаков предсказывал, что он будет подписан в ближайшие недели, – обеспечит права и в значительной мере суверенитет республик, и “центростремительные силы заменят центробежные”.

Он считал, что, как только республики признают выгоды сохранения “единого экономического пространства”, они отойдут от своих первоначальных требований и останутся в советском сообществе, привязанные к Москве здоровым конвертируемым рублём.