Поднимает тебя волна и поднимайся, только помни всегда: это ты не сам, а волна тебя поднимает. Пользуйся высотой и живи. Только отделяй ту высоту, на которой ты 302

сам от себя поднимаешься, и ту, на которую тебя поднимают.

Горький перед нами стыдился своей высоты. Или Новиков-Прибой на гастролях в провинции и в Москве среди нас.

Бывает, долго толкуешь о чем-нибудь простому человеку, целиком погруженному в дело добывания средств существования. И вдруг лицо это осветится, осмыслится и станет, будто он все это знал давным-давно, только считал это ненужным для него делом и позабыл.

Слово - это лицо человека, и так же, как у каждого листика на дереве есть свое выражение, так и у каждого человека есть свое собственное, единственно ему принадлежащее слово. Пусть даже это свое тайное слово никому не удается сказать, но все равно, он этим словом живет, оно образует его выражение.

24 Сентября. Шестой день в Дунине живу и только сегодня встретил с балкона утреннюю зарю. И если не явятся облака - будет непременно мороз. Но, я думаю, они явятся и мы еще пособираем опенки и рыжики.

Книга писем Флобера, рисующих положение поэта во время нашествия немцев, - замечательная: понимаешь всю беспомощность служителя слова и думаешь о теократии, милитаризме, бюрократии, о временах жрецов, воинов и т. д., и ясно видишь, что никакая «кратия» не пристает к художникам: они вечные слуги, понимающие себя господами. И такое воображаемое состояние в мирное время более или менее поддерживается, а войны и революции вдруг обнажают тело жизни и срывают с него разноцветные одежды.

У нас теперь почему хвалятся перед всем миром, будто у нас первая литература? Потому что стремятся искренно превратить ее в непосредственное (политическое) орудие

303

жизнетворчества, так же, как барана или плуг, без всяких специфических «приятностей», сопровождающих художества. Эти «приятности» как в творчестве авторов, так и сотворчестве потребителей искусства все относятся к пробуждению самости, являются атмосферой личности. Бараны же и плуг направлены ко благу среднеарифметического из человечества, происходит встреча обуха с острием иглы.

Особенность искусства, однако, в том, что оно содержит в себе силу, как вода, размывающая скалу, как трава, своими зелеными иголками пронизывающая весной все «обухи».

Весь вопрос только в том, откуда берется у политиков этот задор, чтобы сделать искусство своим непосредственным орудием. Не из самой ли прагматической природы социализма, этой старухи, пожелавшей поработить золотую рыбку?