Из письма составителю книги от Владимира Дерюженкова из Московской области:

Я – внук подполковника Федора Васильевича Сиротина, командовавшего 190-м гвардейским артиллерийским полком 65-й гвардейской стрелковой дивизии.

Хотелось бы немножко рассказать о своем деде.

Дед воевал у озера Хасан в должности начальника разведки, а у реки Халхин-Гол – помощником начальника штаба. С июля 1942 года служил в Омской добровольческой 75-й бригаде, которая во всех приказах называлась «Сталинская».

В книге «Омичи в боях за Родину» написано: «Артиллерийский полк и лично Сиротин Ф. В. пользовались вполне заслуженным уважением и боевой славой не только в дивизии, но и у всей 10-й гвардейской армии… В августе 1944 года Сиротин участвовал в освобождении Латвии, где со средствами управления переправился на плацдарм, лично корректируя и направляя огонь. Под вечер противник превосходящими силами предпринял несколько контратак. Стало ясно, что плацдарм не удержать, и командир дивизии приказал отойти. Сам же Сиротин не ушел. И, оставаясь на плацдарме, руководил прикрытием отхода наших подразделений. В этом бою также погиб и его адъютант – Леня Розенберг».

До Лени у деда был другой адъютант – Михаил Френкель. По-моему, после ранения он был комиссован. Помню, мой дядя Юра и я с ним встречались. Он был директором ПТУ, связанного с телефонией на Таганке. Ходил в темных очках. Я так понял, что после ранения он частично потерял зрение.

В советское время Тилжская средняя школа носила имя Федора Сиротина.

Моя мама Тамара Федоровна часто ездила в Латвию на могилу деда, когда были юбилейные даты Победы, но после распада СССР ее туда не приглашали. Я там ни разу не был, хотя мы собирались с матерью махнуть туда на машине.

Стихотворения Леонида Розенберга[43]

* * *

Проходит неделя, проходит другая,

И третьей место дают, умчась…

Пишу письмо тебе, дорогая,

Сегодня в свободный час.

Сумерки подкрались за порошею,