Не судите о том, что делается в Лакедемоне, по вашим обычаям и законам… У вас по цензу набирают конников, по цензу – пехотинцев, и вы считаете правильным, что кто богаче, тот и командует, а простой народ подчиняется. Наш же законодатель, напротив, не хотел, чтобы государство стало достоянием немногих, тех, что у вас зовутся сенатом, не хотел, чтобы одно или другое сословие главенствовало в государстве; он стремился уравнять людей в достоянии и в положении и тем дать отечеству больше защитников.
В 9 г. н. э., согласно «Истории Ханьской династии», высокопоставленный китайский чиновник, узурпировавший трон и ставший на какое-то время императором, так настаивал на необходимости следовать «истинному пути»:
Династия Цзинь не следовала Истинному пути. Она увеличивала налоги, чтобы обеспечить себя услугами. Она истощала силы народа ради того, чтобы удовлетворить свои самые несбыточные желания. Она разрушила систему мудрецов и упразднила колодезные поля[210]. Вследствие этого началось накопление собственности. Возникли жадность и порок. Сильные считали свои поля тысячами, а у слабых не было места, куда можно было бы воткнуть острие шила… Отцы и сыновья, мужья и жены работали круглый год на пахоте и рыхлении, не зарабатывая достаточно, чтобы прожить. Итак, богатые завели собак и лошадей, которых кормили зерном и овощами больше, чем те могли съесть, и вели себя надменно и развратно. Бедняки не могли насытиться отбросами…
Династия Цзинь не следовала Истинному пути. Она увеличивала налоги, чтобы обеспечить себя услугами. Она истощала силы народа ради того, чтобы удовлетворить свои самые несбыточные желания. Она разрушила систему мудрецов и упразднила колодезные поля[210]. Вследствие этого началось накопление собственности. Возникли жадность и порок. Сильные считали свои поля тысячами, а у слабых не было места, куда можно было бы воткнуть острие шила… Отцы и сыновья, мужья и жены работали круглый год на пахоте и рыхлении, не зарабатывая достаточно, чтобы прожить. Итак, богатые завели собак и лошадей, которых кормили зерном и овощами больше, чем те могли съесть, и вели себя надменно и развратно. Бедняки не могли насытиться отбросами…
Черчилль вряд ли почувствовал бы «брезгливость» (одно из его любимых словечек при оправдании всевозможных зверств) к сегодняшним достижениям в военно-технической сфере – ракетам с обедненным ураном, дронам, способным наносить удары по отдельным людям и зданиям без потерь для армий Запада под наблюдением очередного отправившего их президента или премьер-министра. Напротив, Черчилль был бы от них в восторге. Так что лучше всего вообще забыть о нем. Обама и Байден не стали держать в Овальном кабинете бюст Черчилля. Кажется, они сделали это из-за Кении и Ирландии соответственно, но на самом деле потому, что подарок Блэра Бушу просто был им без надобности. Империалистический послужной список многих президентов США, а особенно число убитых ими людей, оставляет Черчилля далеко позади. Великобритании, если не произойдет решительной смены курса, суждено жить на просторных задворках Белого дома вместе с Саудитами и Израилем – этими двумя творениями любимой империи Черчилля. Покинутый Черчиллем корабль государства, наполовину затопленный водой, медленно продрейфовал в XXI в. Его осадка все увеличивается – под грузом старых привычек, разлагающихся институтов и недальновидных политических партий. Те, кто находятся в шотландской спасательной шлюпке, могут перерезать связывающий канат и начать дрейф в другом направлении. Между тем корпус HMS Britain по-прежнему покрыт, будто ржавчиной, слоем ностальгии, в которой Черчилль занимает далеко не последнее место. Лучше всего его соскоблить.