— Направление атаки на отдельный сарай! Направляющий эскадрон второй; третий уступом влево; четвертый во втором эшелоне за первым!.. Шашки к бою! Рысью ма-а-рш!

Сам не сдержался, поскакал со вторым эскадроном, разыскивая глазами немцев: вон они, уже заметили конницу, разворачиваются в цепь, падают.

— Вперед! — крикнул он, выхватив клинок и пуская коня в карьер. Слышал за собой грозный гул катящейся лавы, видел шарахавшуюся толпу немцев и уже чувствовал, понимал: это победа! Радость вспыхнула в нем, и он, задыхаясь от встречного ветра, от счастья, готов был всю оставшуюся жизнь отдать за минуту такого полета!

Немец-унтер знал, как укрыться от шашки: присел, двумя руками вскинув над головой винтовку. Но конь, воедино слитый с всадником, сбил немца грудью, крутнулся на месте, и Князев, свесившись с седла, рубанул гитлеровца вдоль спины: кровяная полоса перечеркнула серый мундир.

Фашисты метались, не оказывая сопротивления. Всадники настигали их среди кустов. Слышался лошадиный храп, вопли, редкие выстрелы.

Князев, остывая, выругал себя: зачем так увлекся?! Галопом погнал коня на возвышенность, к опушке. Оттуда и без бинокля видна была длинная колонна гитлеровцев, выползавшая из-за поворота дороги километрах в трех от леса. Головные подразделения фашистов уже рассыпались в цепь.

— К пешему бою, слезай! — закричал Князев. Команду его подхватили несколько голосов, она покатилась все дальше и дальше. На взмыленной лошади пронесся мимо старший лейтенант Валерий Стефанов — совсем еще юный, восторженный, быстрый. Его эскадрон спешивался тут, на возвышенности. Коноводы уводили в лес лошадей.

На поле не осталось всадников. Только трупы валялись среди кустов. Множество серых трупов на молодой яркой траве. Возле дороги вскидывалась, пытаясь подняться, раненая лошадь. Князев болезненно поморщился, показал глазами бойцу. Тот поднял карабин, прицелился, выстрелил. Лошадь затихла.

Немцы приближались. За их цепью появились черные, с большими крестами на башнях, машины.

— Товарищ подполковник, танки!

— Ну и что?! — процедил Князев. — Где представитель наших танкистов? Ага, тут! Лесной мысок видишь перед оврагом? Выдвигайся по просеке, за мыском фрицы тебя не увидят. Замаскируйся и жди. Как подставят борта — не зевай!

Танкист убежал к машинам, а Князев пошел к артиллеристам, сам показал, где развернуть батарею.

Немцы не торопились, готовя атаку, чтобы сразу нанести решающий удар. Вероятно, они не рассчитывали на сильное сопротивление. Опушка леса была пуста, гвардейцы отвечали редким огнем. Покружился над позициями полка двухфюзеляжный разведчик и тоже ничего примечательного не обнаружил. Даже траншей не было на этом участке.