На следующий день меня вызвали в штаб на Барочную (не знаю, почему именно меня). Полковник генерального штаба Полевой[289] передал мне три письма с приказанием немедленно доставить их в Ессентуки генералам Рузскому и Радко-Дмитриеву и полковнику Веденяпину, представителю генерала Алексеева на Минеральных Водах. Приехав на вокзал, я обнаружил, что поезда на Ростов не идут. Началась забастовка на ветке Новочеркасск – Ростов. Пошатался по станции и нашел маленький паровозик, который должен был тянуть к Ростову какие-то цистерны. После долгих уговоров удалось пристроиться на тормозе. В Ростове же попал на настоящий поезд и благополучно добрался до Ессентуков, где и передал письма полковнику Веденяпину. Много позже узнал, что в этих письмах генерал Алексеев приглашал двух генералов приехать в Новочеркасск, на что они оба отказались. Через несколько месяцев оба были зверски замучены у подножия Машука. На вокзале Ессентуков, при моем отъезде, я совершенно случайно увидел обоих генералов, в штатском и в соломенных шляпах.

Чем ближе подъезжали к Ростову, тем настойчивее были слухи о возможном там восстании большевиков. Но в Ростове все было еще нормально, и я благополучно вернулся в батальон, где по-прежнему с утра до вечера разбирали и собирали винтовки, обучались стрельбе, рассыпались в цепи.

Тон задавали павлоны, и мы всячески старались им подражать – отчетливо отдавали честь офицерам, становились во фронт генералам. Помню такой случай: на Платовском проспекте два моих приятеля и я очень ловко стали во фронт казачьему генералу. Тот в недоумении остановился и сказал: «А, вот оно что началось!»

Опять поползли слухи о возможном восстании в Ростове, и вот 25 ноября нас срочно переводят в помещение казачьего училища. Это очень не понравилось местным юнкерам. С ними у нас с самого начала приезда отношения были натянутые. На наши приветствия они не отвечали и вообще смотрели на нас как на контрреволюционеров. В училище нас всех одели в кавалерийские шинели. Вид у нас получился очень оригинальный: брюки навыпуск, кавалерийская шинель и морская фуражка с ленточками.

Весь день 26-го были в помещении училища. Получили патроны и индивидуальные перевязочные пакеты. К вечеру же нас повели грузиться на вокзал, где уже стоял поезд. Стало известно, что Ростов занят восставшими большевиками, что в городе стрельба и что мы должны будем принять участие в подавлении восстания. Настроение у всех радостно-приподнятое. Идем к вокзалу с песнями, четко отбивая ногу. На тротуарах много народу. Вот и старенький генерал, с непокрытой седой головой, крестит проходящих мимо него вояк. Долго усаживаемся по теплушкам. Поем песни. Бегаем за кипятком. Внезапно поезд тронулся и медленно пополз в направлении Ростова.