Нахождение отряда в тылу группы красных, оперирующих в районе станции Каменской и прерыв железнодорожного сообщения между Лихой и Царицыном сильно беспокоили красное командование, которое и решило направить против станции Чир удар одновременно с двух сторон: с Царицына и со станции Лихой. И вот в 24 часа 23-го стало известно, что со стороны Лихой на нас двигаются в эшелонах 500 красногвардейцев и донская батарея. Шесть человек из нас были отправлены окончательно испортить путь у разъезда Дмитриево и со станции Лихой. В два часа опять тревога. Караул на станции Рычков доносит, что 4 эшелона с красногвардейцами двигаются на нас из Царицына и находятся в двадцати верстах от станции Чир. Уже с вечера было известно, что мы будем пробиваться на Новочеркасск, так как дальнейшее пребывание отряда в 25 человек на расстоянии почти трехсот верст от действия наших главных сил, становилось с каждым часом все опаснее. Решено было задержать противника на возможно больший промежуток времени, испортив основательно пути.
На рассвете наш отряд поместился в двух товарных вагонах, спереди была прицеплена платформа с камнями. Быстро понеслись на разъезд Рычков на выручку караула, который все еще там находился. На горизонте появились дымки эшелонов, спешивших к разобранному месту, необходимо было предупредить их. И, расцепив площадку с камнями, толкая ее, мы полным ходом понеслись мимо разъезда, навстречу противнику. Вот уже до разобранного места осталось версты полторы. Замедляем ход, останавливаемся, а площадка с камнями продолжает нестись и, достигнув разобранного места, сходит с рельс и загораживает путь. После этого, забрав караул, мы вернулись на станцию, откуда наш отряд двинулся походным порядком на Новочеркасск.
Проходя через станцию Ново-Чирскую, мы забрали в казначействе 6 миллионов рублей денег, при дальнейшем следовании – из станицы Цымлянской 5 миллионов. В некоторых станицах казаки-фронтовики пытались задержать нас и отобрать деньги, но безуспешно. Подходя к Новочеркасску, отряд начал встречать казачьи части, которые уходили по домам, не желая оказывать сопротивление красным, наступавшим на Дон.
У самого города мы разоружили пулеметную команду 5-го Пластунского батальона и 5 февраля, после 12-дневного пути, пройдя почти 1300 верст, прибыли в батарею. 11 миллионов рублей были сданы в Донское казначейство. В батарее нас считали погибшими, так как портупей-юнкер Гавриленко, решивший пробираться до батареи самостоятельно, сообщил, что весь отряд, по-видимому, погиб.