Когда я проснулся, я заметил, что поездной состав стоит и кругом никого нет. Я перепугался. Подумал, что этот состав вообще не ушел из Екатеринодара. Но почему ушли девицы, не предупредив меня? Значит, подумал я, из-за своего легкомыслия я теперь попаду к большевикам. Снаружи начало светать. Я осторожно приоткрыл наружную дверь вагона и вижу, что кругом расстилается поле, что поезд стоит на железнодорожной насыпи. Следовательно, мы уже находимся за Кубанью. Я приоткрыл дверь шире. Стало всходить солнце, и передо мной открылось просторное поле. Я заметил, что по полотну железной дороги стоят несколько составов, что из вагонов высыпали люди, которые, как муравьи, направлялись к черкесскому аулу. Я посмотрел кругом, но никаких войск я не видел. По полю шли девушки и мальчики, так сказать, весь молодой Екатеринодар: кадеты, реалисты, гимназисты и много девушек в легких ботинках. За ними шли старики. Молодежь выехала, как будто на пикник. Мне пришла мысль, что это настоящий детский сад, и что же мы будем делать с ними? Старики шли в генеральских погонах, и с ними были многие штатские. В них я узнаю чиновников Государственного банка и из Окружного суда. Вижу адвокатов, судей и прокуроров.

Многих из них я знал по Екатеринодару. Вижу, что все направляются к черкесскому аулу. Тогда я выпрыгнул из вагона и решил идти по направлению к аулу, тем более что местность мне была знакомая. В ауле я нашел штаб своей роты, а также и свой взвод. Все оказались на месте, там же я встретил моих троих кадет и с ними Люсю. Я стал браниться и требовать, чтобы Люся возвратилась домой. А она мне твердо ответила, что не может бросить брата. Игорь на это обиделся.

– Девчонка, а еще думает меня оберегать! – сказал он.

А Люся ему ответила:

– Не пойду домой, а тебе, Игорь, дам подзатыльник! Тогда будешь помнить!

Все кругом стоявшие кадеты расхохотались:

– Вишь какой вояка, даже сестра его собирается бить!

– Я девчонок презираю и не хочу с ними связываться! – вышел из положения Игорь.

Люся начала плакать и просила меня, чтобы я ее не отсылал обратно. Я ей заявил, что завтра решит начальство, как мне быть с нею и Игорем.

На следующее утро я произвел смотр моей команде. В ней находилось много кадет, реалистов, гимназистов, институток – на вид это был просто детский сад. Тут и Люся увидела, что ей можно оставаться.

Подошел командир инженерной роты генерал Хабалов и обратился к молодежи со следующими словами:

– Дети мои, мы идем неизвестно куда. Если казаки нас не поддержат, мы обречены на смерть. Мы, офицеры, – это одно, а вы другое, и в случае неудачи вас ждет страшная смерть. Сегодня мы еще можем направить вас в безопасное место, откуда вы возвратитесь домой. Подумайте об этом, а вечером я приду за ответом.