У трех других влиятельных членов Тайного совета — Пэджета, Дадли и Томаса Сеймура — взгляды на эту проблему были несколько иными. Пэджет, уступчивый и часто меняющий мнения человек, на заседаниях Совета поддакивал Сомерсету, но в личных беседах выражал беспокойство, что Мария представляет гораздо большую угрозу, чем это осознает регент. Он склонялся к тому, чтобы до самого последнего момента вести с ней умиротворяющие разговоры, а затем неожиданно предпринять решительные действия. Пока Мария пусть живет и соблюдает религиозные обряды, как ей хочется (поскольку сейчас это не составляет большой проблемы), но затем ей следует предъявить ультиматум и, если это окажется необходимым, применить насилие. Третьим по влиянию в Совете теперь был Дадли, хитрый и беспринципный солдафон[43]. Для него Мария была всего лишь одним из многих факторов в политической игре. Если будет необходимо, он заставит ее отказаться от своей веры, но сейчас его первой заботой было потеснить Сомерсета и захватить лидерство в Совете. Томас Сеймур выступил с весьма оригинальным предложением.

«Давайте я женюсь на Марии, — заявил он, — и это сразу же поставит ее под контроль Совета».

У лорд-адмирала Томаса Сеймура, чьи обаяние и амбиции были столь же одиозными, как и его шитая белыми нитками неуклюжая тактика, на уме было то же самое, что и у Дадли. Он мечтал возглавить Совет и для достижения этой цели видел два пути: либо завоевать сердце короля (который был его племянником), либо жениться на принцессе. Адмирал платил некоему Томасу Фаулеру, дворянину из свиты короля, который передавал Эдуарду подарки от дяди и, оставаясь с ним наедине, неумеренно хвалил своего протеже. Однажды как бы невзначай Фаулер заговорил о возможной женитьбе Томаса Сеймура и спросил короля, кого бы тот порекомендовал ему в жены. Первой Эдуард предложил Анну Клевскую (у адмирала, когда он услышал потом об этом, застыла кровь в жилах), но затем, немного подумав, добавил: «Я бы выдал за него мою сестру Марию, чтобы изменить ее взгляды».

Воодушевленный Томас Сеймур бросился к своему брату-регенту, надеясь получить одобрение. Но тому совершенно не хотелось, чтобы брат женился на наследнице престола. Герцог Сомерсет «выбранил его, сказав, что никто из их семьи не рожден быть королем, поэтому не надо даже и мечтать о женитьбе на королевской дочери». «Мы должны быть благодарны Богу за наше теперешнее положение, — добавил регент, — и не замахиваться на большее. Кроме того, Мария никогда не даст согласия».

И действительно, ходили слухи, что еще до подходов к королю и регенту Томас Сеймур сделал предложение вначале Марии, а потом Елизавете и от обеих получил категорический отказ. Адмирал обиженно заметил, что единственное, чего он просил у брата, это одобрить выбор невесты, а как добиться согласия Марии, он якобы и сам знает. Услышав такое, Сомерсет вознегодовал еще сильнее, и разговор закончился тем, что отношения между братьями оказались навсегда испорченными. Через несколько месяцев Томас Сеймур тайно обвенчался со своей старой любовью, Екатериной Парр, которая все еще носила траур по Генриху.