В Совет пришли также люди, сильно пострадавшие за свои политические и религиозные взгляды при регентстве Сомерсета и Дадли. Они были столь же преданны Марии, но обладали гораздо большим государственным опытом. Герцог Норфолк, Томас Терлби, епископ Норидж, восьмидесятилетний епископ Дарэмский Катберт Танстолл и весьма знающий, искренний и вспыльчивый епископ Винчестерский Стивен Гардинер, обладавший всеми качествами руководителя и переживший двух правителей. Гардинер был в свое время главным советником Генриха VIII по вопросу о разводе, но об этом Мария предпочла бы сейчас не вспоминать. Впоследствии он реабилитировал себя в ее глазах, заняв в вопросах религии более консервативную позицию, в результате чего стал одним из злейших врагов Дадли. Ненависть герцога епископу даже льстила, потому что он был честен, а регент неискренен и лжив. Марии нравилась его решимость стоять за свои убеждения до конца.

Одно было плохо — у Гардинера не сложились отношения с лидером еще одной фракции Совета. Эта фракция состояла из раскаявшихся приближенных Эдуарда, и предводительствовал в ней Уильям Пэджет, осторожный, вдумчивый политик, обладавший незаурядной способностью адаптироваться к любой обстановке. Пэджет был близким советником Генриха VIII в последние годы правления, водил дружбу с регентом Сомерсетом и тем не менее пережил его падение, затем оказался полезным Дадли и вот теперь становился ценным помощником для Марии. Члены Совета, которых представлял Пэджет, а именно: Пембрук, Питри, Арундел, Дерби, Шрусбери — и другие находились в довольно неловком положении. Они все были запятнаны связью с предателем Дадли, и каждый пытался переложить свою вину на остальных. Дерби, например, покинул Дадли в самом начале кризиса и привел в лагерь Марии несколько тысяч воинов, тогда как остальные во время борьбы за престол предпочитали держаться в стороне. Дерби ожидал вознаграждения чинами и особыми милостями, а остальным оставалось лишь надеяться, что их трусость не будет замечена. В начале правления Марии они чувствовали всю неустойчивость своего положения. Но королева понимала, что без этих людей ей не обойтись. Да, у них есть недостатки, но они единственные члены ее правительства, которые имеют опыт управления и в курсе всех последних дел в государстве. Кроме того, эти люди составляли то незначительное меньшинство членов Совета Эдуарда, чья честность не вызывала сомнения. В своем письме Карлу V, датированном августом, посол сообщал, что Мария, «взойдя на престол, обнаружила дела в таком состоянии, что не может даже наказать всех виновных, потому что рискует в таком случае вообще остаться без подданных».