Что касается П.Е. Дыбенко, то впоследствии вместе с А.М. Коллонтай, он напишет достаточно интересный очерк “На подступах к Царицыну”, в котором со многими подробностями и юмором расскажет о рейде кавалерийской бригады по белым тылам. При этом, по прочтении невозможно понять, кто все-таки командовал кавбригадой, Дыбенко или Курышко? Авторы сочинения упорно обошли этот вопрос своим вниманием. Случайно ли? Сам же П.В. Курышко ничего в защиту своей чести и достоинства к этому времени сказать уже ничего не мог, так как в 1921 году геройски погиб в Грузии.

Заметим, что история с рейдом во главе кавалерийской бригады по белым тылам под Царицыным явилась самым главным подвигом П.Е. Дыбенко на протяжении Гражданской войны. Но если считать, что бригадой все же командовал опытный Курышко, а не дилетант Дыбенко, то у Павла Ефимовича практически не останется больше в активе никаких полководческих успехов.

Кстати, у Дыбенко и после взятия Царицына была реальная возможность продемонстрировать всем свой полководческий талант, но ей почему-то не воспользовался. Дело в том, что помимо золотых часов и ордена Дыбенко был награжден еще новым назначением на должность командира кавалерийской дивизией. Должность комдива конной дивизии считалась намного престижней командира дивизии пехотной, особенно во время предполагаемого стратегического наступления. Находясь на острие удара, кавалерия первой преследует врага и первой вступает в оставляемые противником города, поэтому кавалерийские начальники обычно снимали куда больший урожай наград, чем их пехотные коллеги. Новое назначение следует считать еще одной неофициальной наградой герою революции.

3 марта 1920 года Дыбенко принял у Г.Д. Гая командование прославленной 1-й Кавказской кавалерийской дивизией, которая должна была стать одним из главных козырей РККА в предстоящем наступлении на белых на Северном Кавказе. Так как воевать предстояло на землях Данского и Кубанского казачьих войск, было очевидно, что бои предстоят тяжелейшие и кровопролитные. В самый напряженный момент подготовки к наступлению Дыбенко неожиданно для всех бросает дивизию и уезжает в Москву к Коллонтай. В классической советской биографии П.Е. Дыбенко писатель И.М. Жигалов не слишком внятно пишет, что в это время Коллонтай, якобы, заболела тифом, и Павел Ефимович помчался навестить больную. Но по приезду в Москву Дыбенко почему-то находит свою супругу не в больнице, а в ее любимом номере гостиницы “Националь”. Да и обратно на фронт он явно не торопится, засидевшись в Москве больше чем на месяц. При этом его жена давно выздоровела, а его дивизия во всю воюет под командой ВРИО комдива Б.И. Мартвиха.